— Нет, лучше я посижу здесь… Иван Димитриевич! Он думал о самоубийстве, а я и не подозревала! Хорошая же я сестра!
— Хвала небесам, он не решился. Я уверен, что теперь, справившись с этим, он уже не вернется к подобным мыслям. Мише пора взрослеть! Трудно мальчику стать мужчиной, если вместо положительного примера отца он ежедневно видит и чувствует на собственной шкуре безумные выходки садиста и насильника! — Чемесов стиснул кулаки.
— Я, должно быть, отвратительна вам…
— Почему?!
— Потому что отвратительна сама себе. Каждый раз оказываясь рядом с Василием, я чувствовала, что он замарывает меня! Экономка всегда удивлялась, почему в доме так быстро кончается мыло… — Александра невесело усмехнулась.
— Вы не можете нести ответственность за него! И не смейте, слышите, не смейте думать, что…
— Встать, суд идет!
Александра вздрогнула. Иван сжал ее холодную ладонь и помог подняться со скамьи. Судьи, а потом и присяжные один за другим проследовали на свои места.
— Они вернулись очень быстро! — тревожно прошептала Александра. — Что это может означать, Иван Димитриевич?!
— Сейчас мы это узнаем, Александра Павловна. Будьте мужественной.
— Господин Докукин… — коронный судья откашлялся. — Господин Докукин, пришли ли присяжные заседатели к единому мнению по делу об убийстве графа Василия Орлова?
— Да, Ваша честь.
— Вы готовы огласить свой вердикт?
— Да, Ваша честь.
— В таком случае прошу ответить на вопросы, которые суд определил вам в опросном листе. Виновен ли Михаил Румянцев в предумышленном убийстве мужа своей сестры и своего отца графа Василия Станиславовича Орлова, отягченном корыстной целью?
— Нет, Ваша честь.
— Виновен ли этот человек в совершении предумышленного убийства без отягчающих это деяние корыстных умыслов?
— Нет, Ваша честь.
— Виновен ли подсудимый в непредумышленном убийстве графа Орлова?
— Нет, Ваша честь.
Александра покачнулась и тут же почувствовала, как рука Чемесова обвилась вокруг ее талии, поддерживая и оберегая.
— Господин Докукин, суд просит обосновать принятое вами решение.
— Присяжные заседатели единогласно пришли к заключению, что господин Румянцев не может нести ответственность за преступление, совершенное им в состоянии умоисступления, вызванного тяжелой душевной травмой, полученной им в результате раскрытия тайны своего рождения и страха за жизнь собственной сестры.
— Благодарю вас, господин Докукин. Итак, господа, в результате судебного разбирательства, проведенного при участии присяжных заседателей, Имперский окружной суд признает Михаила Павловича Румянцева невиновным в совершении убийства графа Василия Орлова и постановляет освободить его из-под стражи здесь, в зале суда. Приговор окончательный, обжалованию не подлежит!