Толпа отпрянула от такого подарка, в образовавшийся круг вышел какой-то мужичок побойчее, поднял голову за волосы, оглядел ее и вознес на вытянутой руке, знаменуя победу в бою.
Честно говоря, дальнейшее было чистой случайностью и спонтанным действием.
Голова некроголема пыхнула глазами и на остатках ресурса тихо, но четко, произнесла прямо в лицо поднявшему:
— Не беси Комаришкина!
А я, дважды нажал на спусковой крючок.
Выстрел из специальной штурмовой винтовки со встроенным глушителем не бесшумный, это невозможно конструктивно на оружии которое может стрелять короткими очередями. Но, этот звук совсем не похож именно на выстрел. К тому же, основная звуковая волна идет назад и вбок. При одиночных выстрелах обнаружить стрелка по звуку просто не удастся.
Пара негромких хлопков и девяти миллиметровые пули ушли в цель. Эти малышки были не типовыми изделиями ориентированными на пробивание бронежилетов. Специально разработанные для штурмовки и захвата дирижаблей, эти пули разворачиваются в розочку при попадании в тело. Урон они наносят знатный!
Но разрабатывались они совсем не для урона, а для того, чтобы раскрывшись в теле передать ему всю свою кинетическую энергию и не пробить тело насквозь. Если стрелять при штурме обычными пулями, то зачастую получается так, что пробивая тела неприятеля пули наносили еще и попутный урон машинерии или баллонам. Экспансивная пуля, даже при промахе, разнесет ближайшую переборку, но завязнет в ней.
Первая пуля попала в затылок голове некроконструкта, как и положено раскрывшись — она взболтала остатки мозга и выплеснула его на лицо державшего. Вторая, войдя в уже пустую головешку, только начала раскрываться, как врезалась в забрызганное мозгами лицо.
Для наблюдавших со стороны бойцов это выглядело, как будто поднятая голова, вслед за произнесенным девизом, выплеснула свое лицо на державшего, да так сильно, что у него отлетел затылок.
Зачистить укрепленную базу во время тревоги в одну кепку — это из области фантастики. Происходи дело в тесном помещении — я бы еще рискнул. Так что, приходится использовать тактику запугивания и хаоса.
Пока удивленные на площади переговаривались и обсуждали «а что это вообще было», я аккуратно прошелся по периметру и обезлюдил пулеметные вышки и точки ПВО. Затем забрался на крышу одного из зданий, что было повыше, спрятался от взоров которые на меня могли бросить с донджона и занялся отстрелом офицеров и других личностей занимающихся наведением порядка.
Крышу успел покинуть чуть раньше, чем раздались крики «снайпер» и народ начал обстреливать любое удобное, с их точки зрения, место где мог затаиться одиночка с винтовкой.