— И как он? Адекватный?
— Да как, как… Не очень. Скоро сам все увидишь.
Вдруг из умывальной комнаты вышел дежурный по роте, младший сержант Бойко. Поправляя кожаный ремень с отполированной до блеска металлической бляхой, он громко зевнул. Увидев меня, сразу поменялся в лице.
— Савельев? Что, закончил в госпитале валяться? Тебя двенадцать дней не было!
— Так точно, товарищ младший сержант.
Бойко скривился, махнул рукой.
— Иди к Кабанову.
— А где наш майор Сухов? Мне с ним поговорить нужно.
— А мне не нужно, — рявкнул младший сержант. — Шагом марш в канцелярию.
Сняв бушлат и определив его на табурет рядом с кроватью, я отправился в канцелярию. Шел и думал, что ж там меня ждет?
Постучал в деревянную дверь, выждал короткую паузу, затем толкнул ее и спросил:
— Товарищ старший лейтенант, разрешите войти? Рядовой Савельев!
— Я же просил меня не беспокоить, — откуда-то из глубины помещения раздался недовольный голос. — Где дежурный? Ай, ладно! Входи!
Оказавшись в офицерской канцелярии, сначала я никого не увидел — внутри было накурено так, что сизый дым витал под потолком. На столе стояла пепельница, утыканная окурками, из нее тонкой струйкой к потолку поднимался дым. Рабочий стол завален какими-то бумажками, папками.
Только спустя пару секунд я разглядел за столом человека. Кителя на нем не было, только рубашка, поэтому я мог лишь догадываться о том, кто передо мной. По возрасту около тридцати пяти, рожа угрюмая. Короткая стрижка ежиком — под стать голове, похожей на горшок.
— Ты еще кто? — спросил он, уставившись на меня хмурым взглядом.
— Рядовой Савельев, прибыл из военного госпиталя! Без замечаний!
— Савельев? Тот, из-за которого все это дерьмо заварилось? — с явным пренебрежением протянул он, впившись в меня глазами. Затем привстал из-за стола, неторопливо подошел ко мне. Я с удивлением отметил, что рост у него где-то около ста шестидесяти пяти сантиметров, не больше. Ниже меня на голову, почти гном. Да-а, не соответствовал товарищ капитан своей фамилии от слова совсем.
— Не могу знать, — пришлось традиционно включать «дурку».
Кабанов подошел поближе, заглянул мне в глаза. Затем ткнул меня пальцем в грудь и прошипел:
— Что не можешь знать⁈ Думаешь, умный? Из-за тебя друга моего отца сняли с должности. А я Валерия Федоровича с десяти лет знаю. Хороший человек, помог продвинуться по службе и отцу, и мне. Ему через полгода полковника можно было получать. И надо же было ему на пути такому имбецилу, как ты, попасться⁈
Я промолчал. Сразу понял, что человек передо мной — кусок говна, терпеть таких не могу. Что толку с этим самодовольным гномом бодаться? Все равно ничего не поймет.