А по ночам выходили на охоту вервольфы. Их задачей было не давать засевшим в городе спать. Мелкие вылазки, исчезновение патрульных со стен, холодящий кровь звериный вой и рык, крики разрываемых на части сослуживцев, тревоги через каждые два часа — за три недели без нормального сна защитники Шерана стали дерганными и нервными. И это при том, что вражеской армии у стен города, как таковой, не было. С кем воевать не понятно.
С неба за городом наблюдали эфирель. Они докладывали обо всем: перемещения внутри стен, количество защитников, состояние ворот, настроения среди простых бойцов. Они видели все: каждую телегу, каждый патруль, каждую драку между наемниками за кусок конины.
А потом мы начали бить изнутри.
Игния и ее сестры, а также несколько первородных тайно проникли в город. В первую же ночь сгорели два продовольственных склада на южной стороне. Через три дня — оружейный арсенал у восточных ворот. И такие диверсии стали нормой для багряных.
Паника среди защитников крепости после этих пожаров была такая, что наемники уже начали резать друг друга. Льюнари отработали на отлично. Внушить паникующим мысль, что среди них всегда были мои шпионы, не составило особого труда. Начались обвинения в шпионаже и поджогах. Полсотни человек дезертировали через западные ворота в первую же неделю. Далеко они, конечно, не ушли…
Еще до начала блокады из Шерана потянулись беженцы. Шеран — город-крепость, гражданских там и в мирное время было немного. А когда стало ясно, что к городу подошли гленны и вервольфы, те, кто мог, начали уходить. Мелкими группами по ночам через лазейки в стене у реки, о которых багряные не знали, а местные знали прекрасно. Часть горожан сбежала еще до того, как ди Сориано додумался перекрыть выходы. Те, кто остался, были либо коллаборантами, сознательно державшимися за аталийскую власть, либо им попросту некуда было идти.
Шеран не просто голодал. Он гнил изнутри.
На второй неделе генерал ди Сальва не выдержал. Гленны по моему приказу подыграли разведчикам генерала. Дали тем тихо проследить за собой, увидеть липовый лагерь и потом незаметно уйти. Наверняка очень довольные собой разведчики вернулись в Шеран с докладом, что обнаружен лагерь неприятеля. Наконец-то реальный противник.
Расчет был на темперамент генерала, о котором мне рассказали пленные. И Антонио ди Сальва не подвел. Он, как и подобает горячему сыну славного юга, привыкший решать проблемы лихим кавалерийским наскоком, вывел за ворота шесть сотен всадников — всю свою оставшуюся конницу. И попал в аккуратно подготовленную ловушку.