– Понимаешь… Макс… он мне сегодня позвонил и сказал, что если я буду заниматься ими, – она кивнула на щенков, – и немедленно, сию же минуту не поеду к нему, то он… то нам лучше расстаться. Он сказал – ему плевать, что я не могу их одних тут бросить и забыть про всё это. И пару дней ждать он не хочет. Что у него уже есть неуёмный весельчак – его пёс, и ему вполне хватит. Что женщина рядом должна быть ответственной и разумной, а я то пуделя спасала, то этих. И если я их ставлю выше, чем его, то мне лучше с ними и оставаться. Он себе будет искать другую девушку – вменяемую и…
– И управляемую, – продолжил Шурик. – Лер, прости, но…
Тирада, которую выдал младший брат, заставила Леру схватиться за голову. Сначала за свою, а потом за котиковскую – за вихор у левого уха.
– Я тебе сколько раз говорила, что так ругаться нельзя?! – смех сквозь слёзы Лере подходил всё-таки больше, чем омертвевшее молчание.
– Лерка… – Котик даже руки её от своих волос не отводил, по такому случаю решив не принципиальничать.
– Плюнь и разотри! Сидит такое на диване, ленивым и бездельным офисным хомячком зарабатывает себе на пиво и псу на консервы, а тобой командовать пытается. Какое место работы он меняет за три года? Восьмое? Ну да, ну да… его же нигде не понимают и что-то постоянно требуют… Вот паразиты! На работе – и вдруг работать заставляют!
Котиков сморщился, но продолжил:
– Я тебе раньше не говорил… Это твоё дело всё-таки, но если смотреть на него с мужской точки зрения, то это такое… никакущее! А помнишь, как он вдарился в традиции предков и начал тебе высказывать об обязанностях женщины? И при этом напрочь забыл, что, в первую очередь, у мужчины были обязательства, раз уж он становился главой семьи.
Котик не стал говорить, что прекрасно понимал, почему Лера связалась с Максом – он был полной противоположностью её предыдущему жениху, который всё решал сам, активно начхав на желания самой Леры. Да, противоядие, конечно, вещь понятная, но, если его начать пить как воду, тоже отравиться можно!
– Да и семьи-то не было… это я просто очень надеялась… – вздохнула Лера, отпуская брата по очень простой причине – на неё напрыгнул один из щенков, деловито вскарабкался на колени и начал с энтузиазмом уничтожать все следы слёз, расстройств и переживаний.
Цвергшнауцеры вообще очень целеустремлённые и жизнерадостные собаки, и вот когда они начинают куда-то целеустремляться и чему-то жизнерадоваться, то всё… шансов отбиться и вновь погрузиться в уныние у вас попросту нет.
– Лер, лучше надеяться на то, что ты встретишь кого-то нормального, чем надеяться на то, что балласт, который ты на себе пёрла три года, станет пригодным для жизни вместе! – фыркнул Котиков, наблюдая, как сестра сначала пыталась уворачиваться, а потом не выдержала, сама подхватила прыгающего на коленях щенка и расцеловала его.