— Докладывай, — коротко приказал владыка.
Рийго согнулся в глубоком поклоне, пытаясь выиграть хоть секунду и привести свои мысли в порядок. Князь не гневался. Не давила на плечи чужая бездонная сила, не стягивала обручем грудь, не колола лёгкие невозможностью сделать вдох. Князь был столь безмятежен, что ему аж в медитации приходилось сидеть, только чтобы не разнести тут всё до основания. Спокойный и беспристрастный, как озёрная гладь, о да.
Судя по тому, что оставленные за спиной коридоры не похожи на муравейник, в который от души ткнули палкой, о высочайшем визите в приказе не знают. Секретарь тоже ни о чём не намекнула, а старая карга верна была в первую и последнюю очередь деду Сантери. Значит, драгоценное начальство, скорее всего, пришло в кабинет порталом. Рийго бросил короткий взгляд на занавешенное в углу зеркало: Великий князь был единственным, кто мог на территории крепости Гнева шастать между отражающими поверхностями. Даже если те для перемещений не предназначены.
Похоже, визит свой Владивод афишировать не желал. Рийго короткой вспышкой силы заблокировал замок на двери, повесил ментальный знак: «не беспокоить». И, как и было приказано, начал доклад:
— Директор Лицея воспользовалась неточностью в формулировках своих клятв: она связана была обязательством не вредить ученикам. Но официально лицеистами становятся лишь по итогам испытания, в момент вручения серебряной фибулы. До того дети пребывают в статусе соискателей. Это также предоставляет им некоторую защиту. Как выяснилось, не абсолютную.
— И, разумеется, клятвы не предусматривают никакой защиты для родителей, — ровно сказал Владивод.
— Да, княже. Однако, я склоняюсь к мысли, что нападение на Айли из Чёрного камня совершено было под влиянием момента. Или же это был запасной план, который пустили в дело, когда основной провалился.
— Подробней.
— Артефакторы до сих пор анализируют то, что осталось от зеркала Асвейг. По предварительным данным, вырисовывается следующее: госпожа Дагмар, используя родовой талант и свою высочайшую квалификацию мастера отражений, внедрила в зеркало дополнительный контур. Он спал под основными настройками, и работающий с артефактом ритуалист ничего не увидел. Сила пробудилась, только когда испытуемая ступила на пути Асов. Снаружи воздействие никак не фиксировалось. Для наблюдателей всё должно было идти, как обычно.
— То есть, они должны были не заметить гибель ребёнка? — уточнил князь. Злость и бешенство сквозь гладь медитации не пробивались. А вот сарказм — вполне.
— В целях паразитного контура не прописано было убийство. Он предназначался, чтобы воздействовать на энергетику жертвы. Точечно и очень просчитано. Заблокировать каналы, ограничить доступ к внешней силе, иссушить второй, пятый и седьмой внутренние источники.