– В чём заключается суть?
– Вы когда-нибудь избавлялись от призраков, сохранивших способности к стихийной магии?
– Случалось. Но здесь многое зависит от того, какой уровень магии. Если нужно кого-то развеять, то его я притягиваю своей магией, обрываю все привязки к миру живых, а потом высвободившаяся энергия переходит ко мне, преумножая мою силу. Так происходит с обычными неприкаянными призракам. Если дело касается стихийников, то из-за разницы в типах магии ничего не получаю, расходуя при этом свою силу в соотношении один к одному. Поэтому мне нужно понимать, какого уровня неприкаянная душа, сохранившая свой дар. Если моей мощи не хватит, то призрак лишится своей силы частично и достаточно быстро восстановится, чего не могу гарантировать со своей стороны, ибо понадобится развеять такое количество неприкаянных, чтобы возникло превосходство и, соответственно, перевес в мою сторону. В конечном счёте только этот перевес останется в моём распоряжении.
Король нахмурился, а затем приказал явиться нескольким магам. Внутренний голос с грустью в голове автоматически начал переводить: два Габриэля, полтора Габриэля, три… В итоге как раз суммарно получился тот уровень, который соответствовал силе эйрены.
– Мне нужно время на подготовку. Возможно, придётся посетить родовое поместье, чтобы поискать дополнительную информацию. Все знания и умения, которыми обладаю, получены через саму магию, которая мне досталась. Возможно, есть ещё какие-нибудь нюансы, о которых не знаю, но могли остаться в поместье.
Мой ответ сильно расстроил короля, прямо до зубовного скрежета, но согласие было получено. Забавно было наблюдать за тем, какое количество гвардейцев ко мне приставили, включая трёх из представленных магов. С одной стороны, Айнигмар не мог не понимать, что мои сопровождающие не смогут меня остановить, если захочу сотворить что-нибудь этакое, а с другой – за всё время, прожитое во дворце, ни разу не было упоминаний ни о поисках нападавшего, ни о якобы угрожающей мне опасности. Равно как никаких показаний и уж тем более допросов, касающихся гибели инспектора Кадавера, не последовало. Самоуверенность короля, что я так просто проглочу такое пренебрежение к расследованию, побила просто все верхние планки, какие могла только представить. Даже немного завидно стало и возникло желание попросить поделиться.
Вся эта клоунада продолжалась вплоть до главного входа в поместье Дэагостов, когда мне, наконец-то, вручили ключи. Стены молчали, значит, прежнего неизвестного мне наблюдателя не было. Маги вместе с гвардейцами рассредоточились по дому, якобы выполняя стандартную проверку. Меня же интересовала в первую очередь библиотека, не уступавшая по размерам габриэлевской. Любая нейтральная книга меня вполне устроила, чтобы заморочить головы сопровождающим. Для дополнительного антуража я раскрыла свою ауру на три четверти, «чтобы удобнее было выявлять» скрытые тайники. Потом из «одного такого» как раз «достала» справочник по «Общей магии» и задумчиво «изучала», бродя по всем залам и помещениям поместья практически в одиночестве, если не считать ползущих позади меня самых стойких из выдержавших давление моей ауры. Слабаки! У Габриэля при сходных обстоятельствах, несмотря на немного скромный уровень дара по сравнению с ними, выдержки было больше. Время от времени я останавливалась и прислонилась то к трюмо, то к какому-нибудь столику, делая своеобразную передышку, после чего продолжала «изучение книги» и незаметно нажимая на медальоны с изображением символа рода. Моей целью были шахматы, на которые указал тот самый последний ключ, полученный от мэтра Сагадея. Раскрытая доска вместе с расставленными на ней изящно выточенными из хрусталя шахматными фигурами стояла в малой гостиной и внешне ничем особенным не отличалась от множества себе подобных. Прекрасный подарочный экземпляр, который таковым и являлся. Последний презент, сделанный Аделаис Дейгосат своей подруге Атенайе перед тем как они рассорились.