— Это как раз неудивительно, — Альберт вздохнул.
— Вы думаете, жрецы могли помогать ему так же, как и мне? — прямо спросила девушка.
— Возможно, — кивнул Аль. — У храмовников есть собственные ритуалы, вернее, обряды. И они умеют влиять на потусторонних существ.
— Бедный Дэир, — Ива закусила губу. — Надеюсь, с ним все хорошо… но я не представляю, где его искать. И мог ли он жить в храме… Не знаю.
— Ничего страшного, будем искать дальше, — успокоил ее Альберт, стараясь не показывать легкого разочарования.
И здесь ничего.
Они направились в обратную сторону, и Альберт, не удержавшись, задал еще один волновавший его вопрос:
— А ваша магия стабильна?
— Да, — девушка резко вскинула на него взгляд. — А почему вы спрашиваете?
— Слияние с темной сущностью никогда не проходит бесследно, — пояснил Аль.
— Ее уже извлекли, так что все в порядке.
— Не полностью, — лорд улыбнулся. — Я понимаю, что все извлекать было уже нельзя: она стала частью вас и это как вырвать жизненно важный орган.
— Я думала, вы стихийник, — Ива пристально взглянула на него. — Ян всегда говорит, что магия накладывает отпечаток на мага, а в вас много огня.
Альберт рассмеялся.
— Извините, наверное, двусмысленно прозвучало, — смутилась девушка. — Но теперь я вижу, что вы — темный маг. И эмпат. Значит — медиум, так?
— А почему вы решили, что я темный маг? Я вполне себе стихийник с огненной специализацией.
— Жрецы, вы называете их «храмовники» и явно недолюбливаете, как и все темные маги. И чувствуете во мне темную сущность, хотя от нее остались только осколки.
Альберт уважительно посмотрел на Иву. Надо запомнить с храмовниками и больше так не попадаться.
— Да, я темный маг и медиум.
Его домашний питомец тому наглядное подтверждение.
— Но редко пользуюсь основным даром.
— Почему?
— Мне по духу ближе стихийная магия. На самом деле, у меня одинаковый потенциал по темной и стихийной — по двенадцать каждой, но учился я на стихийном, все надеялся стать создателем элементалей, — Аль усмехнулся воспоминаниям и несбывшимся детским мечтам. — Но эмпатия выбрала темную магию, и в итоге у меня открылся дар медиума. Так что пришлось дополнительно доучиваться на темном факультете.
Декан темного факультета столичной академии магии, к слову, тоже медиум, вцепился в интересного студента мертвой хваткой. К тому же у Альберта имелись и другие таланты в рамках его направления. Местор Шагран считал своим долгом раскрыть потенциал ученика по максимуму, чего бы это ни стоило.
Именно из-за него последние два года обучения стали сущей пыткой. Первую половину дня Аль проводил на занятиях по стихиям, вторую — на факультативах по темной магии. К этому добавлялись задания в двойном объеме. Иногда Альберту хотелось послать к ушедшим всю учебу и отчислиться, но он стоически терпел и в итоге доучился.