Самые отчаянные толимеки уже кидались на щитовой строй малыми группками, уверенные в своем превосходстве. Ну, как же — их ведь орда! Брызги агрессии разбивались о крепкую стену щитов. Черные шли твердо, всаживая сияющие тумбагой наконечники копий меж ребер, круша золотистыми «клювами» черепа. Но они втягивались в бурлящий котел. Толимеки всё пребывали, их становилось всё большее. С моего командного пункта видно плохо, но врагов было очень много. Может, пятьсот, а может — и вся тысяча. Как железные опилки, тянущиеся к магниту, они заполонили всё предполье перед Мангазеей.
Пока черные крушили первых атакующих, но вскоре они так увязнут в толимекском живом болоте, что сами из него не вылезут. Я тяжело дышал, сердце колотилось, даже несмотря на то, что пока всё шло по плану. Планы, знаете ли, могут и нарушиться.
Черные не спешили. Черные были на виду. А вот их вечные соперники — золотые вели себя совсем по-другому. Глыба вел своих предельно быстро и предельно тайно к западной стороне Мангазеи. За то же время его бойцы преодолели вдвое большее расстояние… И их пока не заметили. Восемь двадцаток, оставшихся в строю, бежали, пригнувшись, по подворьям и огородам со стоявшей еще в полный рост кукурузой. Когда, наконец, тревожно закричали на западе, Глыба распрямился во весь свой немалый рост, рявкнул команду — и золотые выбрались на широкую дорогу. Они не вставали в строй, наоборот, бежали просторной толпой, на ходу заряжая атлатли дротиками.
Их первый удар был страшен. Жидкие ряды толимеков, которые еще не поняли, что их атакуют с двух сторон, просто смело. Но запас дротиков у моей стражи не велик — не больше пяти. И вскоре им пришлось доставать из-за спин щиты, вынимать из петель топоры и маки. А толимеки уже сбивались в плотную кучу. Я видел, что кто-то начал уже их организовывать. Натиск на черных ослабел, многие нападающие решили, что золотых мало, они на этом поле боя — слабейшие. Так что лучше уж их бить. А кто им прикажет? Каждый воин сам определял себе задачу. Особенно, в такой запутанной ситуации. В лучшем случае, приказы ему отдавал командир из родной деревни.
Золотым пришлось туго.
— Двигайтесь! Отступайте! — кричал я, забыв, что до Глыбы метров пятьсот. Улица, на которой были мои воины, конечно, широкая… Но это улица. Она слишком тесна для маневра, даже для полутора сотен воинов. Золотых зажимали всё плотнее. Наконец, раздались громкие крики… и мои стражи дрогнули.
Да не дрогнули! Они припустили бегом, обратно на запад, прочь от Мангазеи! Толимеки радостно завопили и припустили следом. Понятное дело, что толпой. Толпа эта с каждым шагом растягивалась. Растягивалась, чтобы превратиться…