Хамелеон плавно выставил руку, и в его ладони сформировалась рукоять, а после и клинок меча, переданного ему Гретой Вольфрам. В левой руке же материализовался армейский кинжал.
Дождь лил как из ведра. Холодные капли барабанили по его чёрной маске, стекали по одежде. Мерзкая погода. Особенно, когда та на стороне твоего врага. Под дождём касатка явно ощущала себя комфортней, чем обычно.
— Ты, сопля, действительно, думаешь победить меня? — спросила Аида глухо, угрожающе. — Я больше не та, что прежде. Видишь? — указала она жестом на поверженную Асгардию, лежащую на земле, — сильнейшая из «Валькирий» убита мной. Разве у такого, как ты, есть шанс?
Димитрий молчал. Он не отрывал от неё взгляда. Его глаза, словно два уголька, горели в прорезях маски. Да. Он понимал, что шансов почти нет. Но отступать не собирался. Если проиграет — Грета подорвёт здесь всё, включая и его. Он сам ей приказал.
— Раз ты стала сильнее, — прозвучал хрипло его голос, — значит я могу не сдерживаться.
Всего лишь миг… и он исчез.
Скорость его рывка была настолько велика, что окружающие люди превратились в размытые силуэты. Капли дождя будто зависли в воздухе. Аида, не успев даже моргнуть, увидела его прямо перед собой. Его фигура, его чёрная ужасная маска, материализовались из воздуха. Тут же сверкнул клинок, остриё целилось прямо в её сердце.
Но…
Она успела.
Несмотря на свои габариты, её движение вышло невероятно быстрым. Она отклонила в сторону корпус, уворачиваясь от его атаки, и в тот же миг контратаковала. Её лапища с растопыренными когтями вылетела из слепой зоны, прямо к его шее.
Этот удар должен был стать фатальным.
Неожиданно он среагировал.
Вовремя нырнул под её мощную лапу, словно рыба, уходящая от гарпуна.
Вжуууу!
Когти Аиды просвистели над его макушкой, задев маску. Стружка металла отлетела в сторону. Всего царапина. Хамелеон всё рассчитал. Не теряя ни секунды, он нанёс ответный удар. Его кинжал впился в её предплечье, разрезая плечевую мышцу. Кровь, чёрная и густая, хлынула из раны касатки.
— Арррх! — взревела она от боли и пнула его ногой, будто тараном, сшибавшим городские ворота.
Юноша отлетел назад, кувыркаясь в воздухе, и с грохотом приземлился на ноги. Затем выпрямился. Сжал рукоять меча и бросился вперёд.
Касатка же прорычала и набрала разгон. Собираясь, похоже, затоптать его. Переехать, как товарный поезд.
Они столкнулись. Его меч и её когти. Асфальт под ногами обоих треснул. Прозвучал хлопок выброса энергии. Меч Хамелеона, тонкий и изящный, казался какой-то зубочисткой по сравнению с когтями касатки. Как тонкий, гибкий стебелёк, противостоявший острым скалам.