Бах! Бах!
Бандитка рухнула лицом вниз с простреленной грудью. Её напарница среагировала и бросила в сторону юнца гранату.
Его глаза расширились. Тело среагировало, вовремя прыгнув за внедорожник. Раздался взрыв. Не мощный, но упади снаряд рядом и оторвал бы ногу или руку!
Прятавшийся за лексусом Димка ловко перекатился по асфальту и стрельнул в сторону козырька. Мимо. Бандитка не спешила покидать укрытие.
— Хрен с ней! — стиснул он зубы, считая, что та наверняка услышала сирены и уже свалила.
Вскочив на ноги, он снова побежал, но уже короткими перебежками в сторону главной бойни. Едва проскочил два женских трупа, как в свете пылающего пламени увидел Алису. Держась за живот, та сидела на заднице у железной воротины склада. Из груди и с огнестрельного в животе сочилась кровь. Напротив неё стояла сиреневолосая в бордовом костюме, наведя при этом пистолет прямо на лицо наёмницы, чуть поодаль — одна из выживших подчинённых «спортсменки».
Все трое тут же повернулись в сторону, заметив выскочившего из-за угла потрёпанного юношу в чёрной балаклаве. Казалось, само время замерло. Будто тот, кто первым среагирует сейчас, и выйдет победителем в этой заварушке. Ковбойная дуэль, где победит быстрейший меткий стрелок. Сама Смерть, как главный арбитр, не моргала в ожидании исхода.
Бах! Бах! Бах!
Три выстрела прогремели практически одновременно.
Сиреневолосая торговка рухнула на бок с дыркой во лбу. Её помощница вскрикнула от ранения в плечо и продолжила давить спусковой крючок автомата.
Туф-туф-туф-туф!
Димка кувыркнулся в сторону от автоматической очереди. Выстрел навскидку. Ещё один из положения лёжа. И подельница сиреневолосой упала лицом в асфальт, заливая тот кровью.
Юноша же сглотнул, что-то прокряхтел и, подорвавшись на ноги, подбежал к своей напарнице.
— Дура! Что ты наделала! Говорил же следовать плану! — выругался он, уже давно потеряв самообладание. Схватил Пиранью за плечо и растолкал, приводя в сознание. — Очнись! Ну же!
— Прос… ти… — едва выговорила раненная Алиса. — Беги отсю… да… я буду в п-порядке-е…
Димитрий сжал зубы от злости. Он не успел. Не смог помочь ей. С такими ранениями не выжить даже эсперам. Но бросать Пиранью не собирался, а потому действовал согласно своим принципам. Тут же оторвал от накидки несколько лоскутов, свернул их в клубки ткани и запихал в кровоточащие отверстия в теле наёмницы.
— Это задержит кровотечение и возможный пневмоторакс. Раны не сквозные. Но скорей всего ты умрёшь. — он смотрел Алисе в лицо, при этом его голос был безэмоциональным, спокойным, будто он бывал в подобных передрягах каждую пятницу.