— Малы будут, — проворчал я.
— И правда, — сокрушенно покачал головой Нурик, который, не дожидаясь разрешения, успел слазить в мои ботинки своей лапой. — И почему у тебя нога такая маленькая? Мне 44-й нужен. Эх…
— Вали уже на свои танцы, а то Василина сейчас явится, а ты в моем пиджаке.
— И что? — опешил он, не понимая, к чему тут пиджак.
— А то. Оба крайние будем.
Будто в подтверждение моих слов дверь захотела распахнуться, ухнула под напором, но уперлась в щеколду. Предусмотрительный у меня сосед — прежде чем прихорашиваться, заперся.
— Накаркал-на! — испуганно выдохнул Нурлан. — Щас батур мне оторвет! И тебе — за пиджак! Что делать, Мороз?
В дверь уже настойчиво стучали.
— Лезь под кровать! — скомандовал я.
— Точно! — Нурик нырнул в укрытие, а я, скрепя сердце, наблюдал, как он возит моим пиджаком по полу. Надеюсь, он тут хоть иногда убирался без меня, и под кроватью не слишком грязно.
Я открыл дверь. На пороге действительно стояла Василина.
— О! Саша! — расплылась в улыбке комендант. — Чо закрылся? Один? Ты в гости или как?
— Или как, — кивнул я. — Вернулся вот…
— Давно пора, — одобрила та, — а то у меня проверочки всякие бывают, а ну как соседи настучат, что жилец не проживает? И занимает койко-место. Меня взгреют, а тебя выселят.
Женщина вошла и огляделась.
— Вы что-то хотели, Василина Егоровна? — спросил я.
— Ты моего не видал? Вроде тут где-то бегал. Фигаро, кошки-матрешки!
— Нурлана?
— Конечно, Нурлана. А кого еще? Думаешь, у меня их целая гроздь? Один у меня, только этот недотепа узкоглазенький.
Последнюю фразу Василина проговорила не с укором, а даже с некоторой теплотой, что удивительно. Слыла она женщиной суровой, но вот же — растаяло неподступное сердце, растопил Нурик снежную королеву. Вернее, Снежную Бабу…
— Не видел, — изобразил я честный вид, и чуть перегородил проход к кровати, под которой сопел Нурик.
— А почему «Шипром» его несет? — недоверчиво поводила носом коменда.
— Так это я одолжил у него… — нашелся сразу ответ. — Мы же с ним как братья. Все считай общее. Как Чук и Гек.
— Ладно… Как увидишь, скажи этому Чуку, чтобы ко мне зашел, а то выселю, и поедет на свою Чукотку.
— Обязательно.
— Ой, чуть не забыла… Там тебя к телефону.
— Меня?
— Ну да… Спросили Морозова, я отгавкала просящего, как положено, ибо не хрен мне названивать, я не швейцар, — Василина снова включила суровость — по привычке это у неё очень легко получалось. — Но трубку не положила, сказала, чтобы ждал, и за тобой, как видишь, пришла. Все же ты у меня на особом счету, Александр.
И посмотрела на меня со значением. Наверное, газету про нас с Мухтаром видела.