Я сделал свои дела, привел себя в порядок, умыл лицо, посмотрел в зеркало, застегнулся, вышел в коридор и…
— Миха-а-а-а, держи его! Держи эту сволочь! — Бабай Сархан, как бешеный буйвол, промчался мимо меня по коридору, топоча тяжелыми ботинками и старательно огибая или безжалостно отшвыривая попадающихся на пути опричников, канцеляристов и служащих Постельного приказа.
Кого он преследовал — понятия не имею, но если пан атаман просит помощи — значит, ситуация экстраординарная! Я тут же активировал наушник в ухе и сообщил Шефу, устремляясь следом за черным уруком и набирая скорость:
— Шеф! Преследую Бабая Сархана, который преследует какую-то сволочь! Подробности неизвестны, он сам попросил поддержки!
— Даю одобрение на операцию, Стажер! Перевожу сотрудников Сыскного приказа на территории Александровской слободы в полную боевую готовность! — Его голос был максимально серьезным.
Пытаться догнать урука, который несется напролом по коридорам Келейного корпуса — та еще задачка, и я мчался как угорелый, ориентируясь на испуганные лица, перевернутые урны и стулья, одновременно пытаясь представить себе угрозу, которая могла бы так воодушевить и взбодрить орка — и при этом остаться незамеченной всей системой безопасности Александровской слободы. Идей по этому поводу у меня имелось ровно ноль!
Я догнал Бабая минуты через три, в самом конце коридора. Он стоял, широко расставив руки и ноги, пытаясь перекрыть собой всё пространство и не дать кому-то сбежать.
— Что там? — на бегу спросил я, уже прощупывая обстановку серебряными нитями и пытаясь через эфир рассмотреть угрозу.
— Гребаный папуас! — непонятно откликнулся Резчик. — Гхашор Шило! У него — плащ-невидимка! Я всех поймал, а этот — смылся! Он точно здесь, я его чую! Мыться надо, маленький засранец, учу вас, учу… Воняет стыренным вчера копченым мясом, спалился, говнюк, капитально!
Я сложил два и два и вроде как осознал общую картину. Скорее всего, в Александровскую слободу заявились малолетние уруки и один из них завладел легендарным артефактом: плащом-невидимкой, который обеспечивает скрытность во всех диапазонах, от инфракрасного до эфирного! Как это произошло и что могли натворить эти дикие варвары — еще предстояло выяснить.
Бабай Сархан был уверен: лазутчик находится где-то в конце коридора, и я не видел причин не доверять мнению урука. Чует — значит, чует. У черных уруков нюх гораздо острее, чем у людей. Я решил действовать наверняка: на полу в коридоре лежала ковровая дорожка, секциями примерно по четыре или пять метров. Подняв одну такую секцию в воздух телекинезом, я повел ковер в обход Бабая, а потом перекрыл им проход.