— Буду! — закивал я и мигом уселся на стул, потому что если бы я продолжал стоять, было бы очень неловко.
Орчанка, внимательно глядя на меня, подошла и устроилась напротив, закинув ногу на ногу. А потом спросила:
— Рассказывай: как тебя зовут и зачем ты сюда пришел?
Она отпила кофе и закатила глаза с блаженным видом. Я читал где-то, что для уруков кофе — что-то вроде легкого наркотика, да и ребята из охраны — Ярлак и прочие — глушили этот напиток литрами. Но когда красивая девушка закатывает глазки от удовольствия, это, скажу я вам, очень серьёзное испытание для нормального восемнадцатилетнего пацана.
— Миха меня зовут. Фамилия — Титов, — представился я. — Я сюда пришел потому, что мы с уруком Астой на одном форпосту от тварей отбивались, и он узнал, что я в Калугу поеду. Попросил найти его сестру Хорсу, передать ей гостинцев. Ну, и схватил меня за волосы и сказал, что я оброс как псина, и пора стричься, и, мол, сестра его классно стрижет. А у самого — грива как у коня!
— А-ха-ха-ха! — Она заливисто рассмеялась, обнажив белоснежные зубы с выдающимися клыками (не такими, как у снага, гораздо меньше и изящнее). — Точно — не обманываешь. Это мо-о-ой братец! А что передал — медвежатину? Давай сюда, будем есть! И да, Хорса — это я! Приятно познакомиться, Миха!
Девушка подняла над столом кулак, и я стукнул по нему в качестве приветствия.
— Лосятину пряного посола передал. — Я тут же полез в рюкзак. — И медвежий клык!
Я положил подарки перед ней и взялся за кофе. Не пробовал никогда этот напиток, а вокруг него ведь — целые ритуалы, целый культ! Сделав маленький глоток, я тут же сунул в рот кусок шоколаду.
Признаться честно: на вкус кофе был как кипяченая земля с пряностями. И не выплюнул его я только потому, что точно получил бы по морде от Хорсы. Девушка между тем резанула ножом мясо, с видимым удовольствием отправила его в рот и принялась жевать.
— Нет, ну… Вот умеет он вяленое мясо делать! — прерываясь на то, чтобы проглотить еду, проговорила она. — Болван редкостный, но, знаешь, в целом — хороший брат! Он меня от трех вервольфов отбил, когда мне десять было… Правда — я сама виновата. Я у них воровала кости!
— Пф-ф-ф! — Я фыркнул, и кофе едва не полился у меня через нос. — Воровала кости у вервольфов?
— О-о-о-о да, чего я только не вытворяла! — закивала она. — Уруки-подростки — это стихийное бедствие. Знаешь про семь казней египетских? В Библии не написали про восьмую казнь — пару тысяч серокожих юных долбоящеров, в своих скитаниях по Африке набредших на Мемфис… Или тогда Ахетатон был столицей? В общем, Моисей своих увел потому, что фараон от урукских деток отделаться не мог, я тебе точно говорю!