Вздохнув, я поднял голову к небу. Низкие, свинцовые тучи цеплялись брюхом за сопки. Где-то там, в невидимых эфирных волнах, всё еще звучал её голос. Она раздавала команды другим расчетам, отправляла кого-то на ДТП на объездной, кого-то – снимать ребенка с козырька подъезда.
«Центр». Моя невидимая валькирия. Мой личный сорт успокоительного.
Интересно, какая она? Наверняка сексуальная. Длинный ноги, тонкая талия, идельные формы… Ну, не может быть подругому, когда у тебя такой , голос.
Знала бы она, о чем я думаю, когда её голос велит мне возвращаться на базу. Знала бы она, как часто этот голос вытаскивал меня с того света, когда хотелось просто лечь в огонь и закрыть глаза.
– Бес, отбой по вызову. Возвращение в часть, – прозвучало в динамике рации на груди. Тон сухой, деловой. Ничего личного.
– Тебя понял, моя хорошая. Уже лечу, – пробормотал себе под нос, не нажимая тангенту.
Смена закончилась. Огонь был задушен.
Теперь предстояло самое приятное. Сдать смену, смыть с себя сажу и запах гари, переодеться в гражданское и просто ехать домой. В мою «сталинку».
– Петрович, заводи! – крикнул я, запрыгивая в кабину. – На базу.
Через час я уже сидел за рулем своего личного «танка» – старенького, но надежного «Ленд Крузера». В салоне пахло елкой от ароматизатора и немного – моим усталым телом. Мышцы гудели, требуя горячего душа и горизонтального положения.
Авачинск уже погрузился в сумерки. Фонари выхватывали из темноты мокрый асфальт и грязные сугробы на обочинах. Я ехал не спеша, наслаждаясь тишиной. Никаких сирен, никаких криков, никакого треска пламени. Только шуршание шипованной резины и спокойный блюз из колонок.
Я мечтал о подушке. Я почти чувствовал её прохладу щекой.
До дома оставалось всего два поворота. Я притормозил на красном светофоре, барабаня пальцами по рулю в такт музыке. В зеркале заднего вида никого не было. Пустая дорога, редкие снежинки в свете фар. Идиллия.
И тут – удар.
Резкий, глухой толчок в задний бампер. Джип качнуло, моя голова мотнулась, зубы клацнули.
– Да вы издеваетесь, – выдохнул я, глядя в зеркало.
Позади моего внушительного бампера, уткнувшись носом в фаркоп, стояла какая-то красная малолитражка. Что-то вроде бешеной табуретки на колесах. Кажется, «Матиз» или что-то столь же несерьезное для наших дорог.
Усталость как рукой сняло. На её место пришла глухая, тягучая злость. Только не сегодня. Только не сейчас.
Я заглушил мотор, включил «аварийку» и вышел из машины. Холодный ветер тут же забрался под куртку, но мне было плевать. Я подошел к месту «поцелуя».