Я слушал молча, как привык слушать истории своих клиентов.
— Где это видано, чтобы сын такого уважаемого человека копался в масле машинном, — он ударил кулаком по столу. — И постоянно вляпывался в неприятности. И вот я не выдержал, сказал ему, что-либо он берётся за голову, либо пусть валит из моего дома на все четыре стороны. Он собрал вещи и ушёл. И с тех пор я не знаю, где он. А тут мне доложили, что его рядом с тобой видели!
— Это правда, — спокойно ответил я. — Денис был со мной. А теперь он работает в автосервисе у одного человека. Отрабатывает долг, который сам себе по глупости нажил. Живёт отдельно. Не пьёт, не пропадает, на дурную дорожку не свернул.
— У какого человека? — Виталий Евгеньевич снова напрягся. — Что за долг? Что это за люди, я их по базе пробью!
Он начал было подниматься, но я жестом остановил его.
— Я не буду отвечать на эти вопросы, — покачал я головой. — Не имею права. Если Денис захочет, то расскажет сам.
— Он со мной не общается, — хмыкнул Чижиков-старший. — Заблокировал мой номер и всё тут. Я надеялся, что он одумается, поймёт, что был не прав.
— А с чего вы взяли, что он не прав? — уточнил я. — Вы уважаемый человек, и я это знаю. И ваша профессия действительно важна и почётна. Но если ваш сын захотел выбрать другой путь — это его выбор. В этом мире дети не обязаны постоянно следовать за своими родителями в выборе жизненного пути.
Это в моём мире у простолюдинов было так принято. Сын кузнеца становился кузнецом, сын фермера — фермером.
— Я же лучше знаю, что надо моему сыну! — отозвался Виталий Евгеньевич.
— Распространённое заблуждение, — покачал я головой. — Ваш сын прекрасный автомеханик. И разбирается в том, что делает. Я знаю, вы желаете ему добра. Но именно из-за ваших попыток навязать своё мнение он и не пришёл к вам, когда у него были трудности. Он пришёл ко мне, и я ему эти трудности помог решить.
Чижиков помолчал, явно обдумывая мои слова.
— Как мне с ним увидеться? — наконец, спросил он.
— Я устрою вам встречу, но при условии, что вы не будете начинать разговор с конфликта, — сказал я. — А дадите Денису возможность высказаться, и спокойно с ним поговорите. Идёт?
Он поднял на меня тяжёлый взгляд.
— Идёт, — неохотно сказал он.
Я взял телефон и позвонил Денису. Тот ответил почти сразу.
— Привет, Артём, — голос его был бодрым. — Что случилось?
— Денис, с тобой хочет поговорить твой отец, — сказал я. — Он волнуется за тебя, и хочет убедиться, что ты в порядке.
В трубке повисла напряжённая тишина. Виталий Евгеньевич также с напряжением ждал окончания моего разговора.