— Где договор?
— Почти готов, я дописываю.
В скудном свете, который испускал в окружающую тьму череп, я увидел сплошную стену из клыков, глаз и оскаленных челюстей. Стена тянулась насколько хватало глаз и собственно света, к тому же всё это двигалось, чавкало, моргало и клацало зубами. Впечатление складывалось такое, словно каждый из тысяч глаз смотрел только на меня и оценивал, стоит ли сожрать этого пацана сейчас или отложить на потом. Ох… волки по сравнению с этим демоном вообще представляли угрозы, да и виделись теперь самыми милыми и славными друзьями, и товарищами. Если выживу, то обязательно приручу парочку, а то и десяток щенков, главное чтобы не разбегались по округе и не пачкали своими лапками постиранное мамой бельё, а то она, как всегда, заругает и будет… будет журить меня и тыкать пальцем в нос.
Эх… О чём это я только думаю? Мама же только что умерла, собственно, как и все остальные жители нашей деревушки, по слухам некогда бывшей центром союза племён. Мёртвая деревушка с мёртвыми орками…
Сейчас же решалась судьба последних из нас, меня и старого шамана. В обычных условиях выбор даже не стоял бы, и жизнь шамана по-любому перевесила бы жизнь странного мальца с синей кожей, к тому же склонного к припадкам необузданной ярости.
Я хоть и мал, но мысли шамана вполне себе понимаю — он знал, что ему точно не выжить и если он хочет хоть что-то после себя оставить, то должен любым способом спасти своего пра-пра-пра-правнука. Да, сейчас не обычное время и из нас двоих только у выпотрошенного синего орка, то есть меня, есть шанс выжить. В противном же случае, я уверен, что даже в сознание бы не пришёл, став платой за жизнь великого шамана.
— Готово.
Перед моими глазами завис прозрачный пергамент, на котором сами собой начали загораться буквы. Они были очень похожи на те, которым научила меня мама. Но то, что буквы на них похожи, ещё означало, что это они и есть. А уж то, что я могу их прочесть, не гарантировало даже полное сходство, однако я напрягся, сконцентрировался и начал читать.
«Договор между верховным шаманом лесных орков Седым Зубом и великим демоном пустоты и князем глубинных миров Стефанбаториэлем. Предмет договора — сделка. Стефанбаториеэль обязуется восстановить и при случае оживить Мыма, сына племени лесных орков. Для помощи в этом шаман Старый Зуб обязуется провести ритуал жертвоприношения, после чего поступает в полное распоряжение верховного демона Стефанабаториеэля на неограниченный срок, без права выкупа и досрочного освобождения. После проведения ритуала ни одна из сторон не может напасть на другую, все мирно расходятся по своим делам. Наказание за нарушение договора — развоплощение.»