Я ещё не успел осознать всего сказанного демоном, как Старый Зуб подлетел ко мне и вновь засветившись, проговорил:
— Я передаю тебе мой дар, но знай, что он может тебя убить. Ты силён, но испорчен воспитанием матери. Изменить! Иначе умрёшь. Прислушивался к своим чувствам и не забывай сны, они приведут тебя к учителю.
— К кому?
— Кем он будет я не знаю, но других вариантов нет. Чувство приведёт тебя к сильнейшему существу из тех, до кого ты сможешь дотянуться.
— Но, дедушка.
— Всё. Мне пора.
— Э-э-э-э-э! Куда тебе пора? — Демон оживился. — Ты мой. Забыл?
— Жертва!
Череп старого шамана воспылал золотым светом, заставив демона не только зажмуриться, но и закрыв пасти отступить на десяток метров от зарождающейся звёзды. А затем свет угас, и меня поглотила непроглядная тьма, в которой очень красиво и грустно опадали две искорки, спустя пару мгновений исчезнувших навсегда.
— Дедушка Зуб?
— Старый предатель! Демона перехитрил! Вот это наглость…
Я остался один на один с демоном и моя уверенность куда-то очень быстро улетучилась.
— Ну, что? Сыкотно?
— Нет! — Нагло соврал я.
— Ещё один врун, но да ладно, договор он для того и договор, чтобы его соблюдать. Готов страдать?
— А?
— Тогда вали на хер из междумирья!
Меня смяло в кровоточащий шарик, который мгновенно утонув в толще чёрных вод, куда-то быстро устремился. Я не знал, сколько времени я плыву и куда именно я направляюсь, но, в конце концов, я куда-то добрался. Однако прежде чем я очнулся в луже крови, дерьма и копошащихся зелёных мух, я услышал слова демона: «Я приду за тобой!»
— Ах…
Глубокий вдох резко оборвался, так как длинный мех под завязку забил мой рот, наглухо перекрыв горло. Я мгновенно очнулся и со слезящимися глазами принялся откашливаться, пальцами вычищая длинную мокрую шерсть. Это было сложно… пальцы плохо меня слушались, а спазмы от жуткой рвоты заставляли мышцы живота непроизвольно сокращаться. Было настолько плохо, что слёзы лились ручьями, а мозг холодно отсчитывал оставшиеся мне секунды жизни.
На самом деле я мог очень долго обходиться без дыхания, но это в покое и без разрывающего плоть кашля. Тем не менее дело двигалось, тело двигалось, а я всё ещё жил…
Я не знаю, сколько я провёл в попытках отчистить дыхательные пути, но когда всё-таки смог, то вдохнув воздуха, что было мощи, обессиленно плюхнулся задницей в грязь, после чего тупым взглядом уставился на кучу окровавленного меха.
Я совершенно равнодушно смотрел, как большие капли весеннего дождя смывают желудочную слизь и струпья запёкшейся крови, оставляя в большой луже длинные чёрные шерстинки. Как так вышло? По всей видимости, я уткнулся в загривок волка и потерял сознание. Но почему я наглотался шерсти? Я же не мог её просто вдохнуть, тем более так сильно, чтобы шерсть попала аж в лёгкие, тогда почему? Это я его, то есть волка, ел что-ли? Да ну, не может быть, но… в пользу моего бессознательного обжорства говорило то, что загривок убитого волка был разорван чьими-то клыками, а так как никого рядом не было и именно моя пасть совсем недавно избавилась от волчьей шерсти, то значит жрал его никто иной, как я.