Из-за состояния шока, она не могла даже ясно мыслить. Понадобилось время, чтобы прийти в себя.
Зал восторженно шумел, со всех сторон слышались слова восхищения красавицей. И поздравления Его Величества с тем, что у него столь прекрасная приёмная дочь. Герцога тоже поздравляли со столь удачным выбором невесты.
Только для Лэ Юнь всё это было посторонним шумом, она практически ничего не слышала.
В какой-то момент, поймав на себе обеспокоенный взгляд отца, встряхнулась.
К ней вернулось самообладание, вытеснив минутную слабость. В светлой головке дочери генерала начал формироваться план по устранению госпожи Чен. Нет, она не собиралась убивать ту собственными руками. Бывшая императрица вдруг вспомнила, что у этой дамы было полно довольно неприглядных тайн. Она хорошо изучила её подноготную.
И в этой жизни обязательно найдётся парочка скелетов в шкафу.
Лэ Юнь, откинув эмоции, холодно взглянула на герцога Бай. Тот всё ещё не мог отвести взора от красавицы.
Сердце вновь сжалось, но госпожа Мин приказала ему молчать.
— Ваше Величество! — заговорил Бай Мен Ши, и в зале воцарилась тишина. — Премного благодарен за вашу милость. Красота вашей дочери выше всяческих похвал.
Зал одобрительно зашумел, вторя его словам. Юнь холодно усмехнулась. Ничего нового, мужчины слишком непостоянны. В этот миг она ещё раз убедилась в правильности своего решения, не соглашаться на брак с герцогом.
— Я польщён, что такое сокровище вы решили отдать мне! — продолжал свою речь Его Сиятельство. — Но вынужден отказаться!
Его неожиданные слова разорвали пространство. Чиновники застыли, будто громом поражённые.
Герцог же продолжал в полной тишине.
— Не могу принять столь щедрый дар! Я уже обещал жениться на другой девушке! И не могу отступить от своих слов! Иначе я прослыву неверным человеком, не держащим своих обетов!
И хоть речь Его Сиятельства была логичной и правильной, всё же он отказался от милости императора, чем навлекал на себя гнев правителя.
Его Величество молчал, нахмурив брови. Обстановка накалилась до предела. Чен Це с удивлением разглядывала герцога. Впервые мужчина от неё отказался, это ей представлялось невероятным и невозможным.
«Он ослеп? Или отупел? Как можно было пренебречь такой красавицей?»
С той самой минуты, как он произнёс последние слова, сердце девушки встрепенулось.
«Как он посмел?» — возмущалась она мысленно.
Мужчина был невероятно хорош собой, а ещё и отважен. Редко кто осмелится вот так открыто противостоять императору.
«Я буду не я! — подумала она. — Если не сделаю этого красавца своим!»