— Приятно удивлён знакомством с молодой леди из семьи Мин! — наконец пришёл в себя Его Высочество. — Наслышан о вас как о достойной дочери генерала!
— Благодарю за похвалу! — скромно ответила Лэ Юнь, в душе подумав, насколько же она была слепа, чтобы это лицемерие принимать за чистую монету.
Она не поднимала глаз, играя воспитанную и застенчивую леди, на самом деле боясь, что ненароком выдаст ярость, бушевавшую в сердце.
Принц, не осознавая, во все глаза рассматривал девушку и с каждым мгновением приходил в всё большее изумление. С первого взгляда её лицо выглядело простеньким, можно было отметить лишь хорошую фигуру с красивой осанкой. Благодаря каждодневным тяжёлым тренировкам её стан был стройным и подтянутым. В движениях чувствовалась сила и гибкость. Всё это Его Высочество отметил сразу, как только девушка вошла.
Но теперь его поразило то ощущение, что излучало её лицо.
Хуан Ди вдруг захотелось, чтобы девушка не прятала взор. Её глаза были поразительными. Глубокими, чистыми и холодными, как горные озёра.
Принц сам не мог понять, почему они его так притягивают. Захотелось в одночасье разгадать загадку этих глаз.
Видя, что разговор между молодёжью не складывается, генерал решил вмешаться.
— Лэ Юнь, Его Высочество прибыл в лагерь с посланием от Его Величества, но кроме этого, императорский двор собирает девушек из благородных семей, которые в дальнейшем смогут войти во дворец.
То была высочайшая милость императора, и каждая леди из любой семьи Великой Вей с особенной радостью и благодарностью восприняла бы такой шанс.
Поняв, куда отец клонит, Лэ Юнь замерла, ощутив, что её зовут на плаху: «Нет! Это не должно повториться!»
— Его Высочество по приказу императора приглашает тебя присоединиться… — отец ещё не успел договорить, как Юнь, немного выйдя за рамки приличия, перебила его.
— Его Величество слишком добр ко мне! — начала она, и мужчины замолкли в удивлении, стали слышны звуки сверчков и вечерней степи. — Я недостойная дочь своего отца! Не смею принять такую великую честь! Надеюсь, Его высочество простит меня и помилует!
Генерал застыл с открытым ртом. Принц тоже ошарашенно смотрел на юную и дерзкую особу. Подобного отказа ещё не видывал свет.
Мельком бросив взгляд на присутствовавших, Лэ Юнь продолжила:
— Я всю жизнь провела в военных лагерях и ничего не знаю о жизни во дворце. Боюсь, я лишь опозорю свою семью. Пусть отец простит свою нерадивую дочь, но я хотела бы остаться рядом с ним до конца своих дней. Приму любое наказание, которое вы сочтёте нужным назначить!
Девушка смиренно склонила голову и сложила ручки, выражая полную покорность и послушание.