Голос этого безумца будто бы заполнял всю мою голову. Этим бормотание, этим безумием, этой жаждой крови, в какой-то момент мне даже показалась, что я стала видеть отрывки того, как он убивал эльфов — с какой жестокостью и какое невиданное удовольствие получал от этого.
«А может он и прав: это не мой мир. Попросить вернуть меня обратно в мой мир? А был ли тот мир моим, что он мне дал? В том мире мне постоянно приходилось бороться за выживание. Но и в этом — тоже. Но бороться пришлось не только за собственное выживание и ни одной вести борьбу» — бесконечная карусель мыслей мешала сосредоточиться.
— Александра, слушай мой голос! — крикнул муж, перекрывая скрежет щупалец о пространство. Хашим сжал перо до побелевших костяшек — Я здесь. Я держу перо. Я направлю поток, если ты дашь мне команду. Ты не одна. Ты никогда не была одна.
Я закрыла глаза. На секунду воцарилась тишина, даже щупальца замерли, словно прислушиваясь. Я видела в темноте за веками не тьму, а лица. Лица убитых женщин, лица убитых мужчин, улыбку Зинтары в тот день, когда он на поле битвы предложил мне почки твари, смех Хашима, который он так редко позволял себе.
Всё это было здесь. Внутри меня. И всё это стояло на кону.
Я медленно открыла глаза. Мир вокруг казался теперь четче, ярче в своей болезненной, искаженной красоте. Я посмотрела на безумца. Он выглядел маленьким, жалким в сравнении с той ношей, что лежала на мне.
— Я знаю, кто я, — сказала я, и мой голос прозвучал удивительно твердо. — И я знаю, что за это нужно платить.
Я подняла кубок высоко над головой. Кристалл в нем вспыхнул ослепительным светом, освещая комнату так, что даже тени от щупалец отступили.
— Зинтара! — крикнула я, не сводя глаз с черного безумца, который вдруг зашипел, закрываясь рукавами от света. – Пожалуйста помоги мне!
И он услышал. Он застонал и приподнялся. Я даже не представляю, каких трудов ему стоило принять мою магию пламени в свою сферу и вытолкнуть ее, уже напитав темнотой, в сторону Хашима. Но после того как он это сделал, я заметила, что безумец из черного стал будто темно серым.
Хашим кивнул. Он с силой вонзил перо в воздух, прямо перед собой, и из ниоткуда ударил поток света холодного, черного, как мгла преисподней. Поток света устремился ко мне, к кубку, к кристаллу.
Я почувствовала, как из меня, из самой глубины души начало вытекать тепло. Сначала это не было так больно, как я ожидала. Но боль нарастала. Мне казалась, что вокруг пылал огонь и он мен не просто обжигал, он пытался меня сжечь. Будто он — больше не мой, и не защищал меня, а, наоборот, уничтожал. Я чувствовала, как наполнялся кубок, как кристалл резонирует с магией Хашима.