Ты чё, книжки читать пришёл?
Да лан, шучу, листай дальше, нормально всё будет. Наверное. Так-то хэ его зэ, конечно.
Помню, что подошёл к зеркалу и долго в него смотрел. А чего смотрел? Непонятно. Зеркало и зеркало. Нихрена интересного не показывает.
И тут мне вдруг впёрлось: а оно ж реально нихрена не показывает! Ни интересного, ни неинтересного.
Я ведь перед ним стою, вот он, я, с бутылкой в руке! Здравствуй, бог, это же я пришёл, и почему нам не напиться, и всё такое! А в зеркале — только одну бутылку и видно. Висит в воздухе, как так и надо.
А я-то, я-то где, мама родная⁈
Стёрли меня. Стёрли нахер, за ненадобностью, оставили только одну бутылку. Ну правильно, а херли там размусоливать-то! Оставили самое главное, а второстепенное — убрали к чертям свинячьим.
Мы ведь все тут в их власти. Во власти этих царьков недоделанных, которые на нас самоутверждаются, как школота в интернете, зная, что с вероятностью 99.99% никто не придёт им реально бить е**ло.
Захотят — человека сотрут. А захотят — член…
А где же член-то, член-то мой где, Господи⁈
Я сунул руку в невидимые штаны и не нащупал ничего.
— А-а-а-а-а, бля-а-*-адь, суки, говно, смерть и пидарасы! — заорал я, вообще не соображая, что несу.
Кровь хлынула в голову. Ну а куда ж ей ещё хлынуть-то, если хер стёрли подчистую! Я запрыгнул на стол, спустил штаны до колен и приложился к бутылке.
— Значит, так, да⁈ — заорал я, брызгая вискарём в темноту. — Значит, меня нет, да? И члена у меня нет, да? Так вот, знайте, я вас всех пере**у даже без члена, потому что настоящим рок-музыкантам вообще не нужен член! Им нихера не нужно, потому что…
В комнате загорелся свет, и я проснулся.
— Мёрдок, что с тобой за херня творится? — простонала Сандра, протирая глаза.
Я моргнул, оценил обстановку.
Значит, я стою на Сандрином трюмо, в правой руке у меня бутылка, в левой — живой и настоящий, не смотри что виртуальный, член. Кгхм…
— Кто с утра на стиле? — бодро спросил я. И тут же сам себе ответил: — Мёрдок с утра на стиле!
— Пять утра! — взвыла Сандра.
— Кто рано встаёт — тому бог подаёт.
Я сныкал пузырь в инвентарь, натянул штаны и спрыгнул на пол. Сердце всё ещё херачило, как вштыренный Последним Сухостоем Ромыч на барабанах. Вот это приход, вот это жесткач. А главное — насухую. Даже ж не бухаю толком.
— В сортир пойдёшь? — галантно осведомился я у дамы.
Сандра пробурчала что-то, из чего я сделал вывод, что пошёл я нах*й. Я и пошёл. Не нах*й, естественно, а в сортир.