Битва была чудовищной, изматывающей. Но по всему Реквиемному ущелью теперь было видно — поток подкреплений наконец-то иссяк, разорванный на мелкие ручейки и уничтоженный.
Жрецы, поддерживающие оставшиеся малые разрывы, гибли один за другим. Свет побеждал. Не потому что был сильнее изначально. А потому что каждый дух здесь сражался не просто против врага. Он сражался за что-то. За яблоню в родительском саду. За первую любовь. За будущее, которого у них не было, но которое они яростно хотели оставить другим. За Жизнь — против Смерти.
И эта вера, эта простая, железная правда оказалась тем оружием, против которого у тьмы не нашлось защиты. Студеный Шпиль ещё не пал. Реквиемное ущелье ещё не было полностью очищено. Но перелом наступил. Мертвяки не пройдут. Пока жив — в памяти, в легенде, в этой сияющей, несгибаемой воле — хоть один дух русского воина, путь для тьмы закрыт наглухо. Они встали живой стеной. И стена эта выстояла.
Пока основные силы светлых духов сковывали яростным напором орды тьмы у Студеного Шпиля и Реквиемного ущелья, в самом сердце этого хаоса началась иная работа. Тихая, стремительная, смертоносная. Из расплавленного серебра основного войска отделились десятки мелких, ярких искр. Это были не просто воины. К своей задаче приступили хирурги апокалипсиса. Духи-диверсанты.
Они не пошли строем.Рассыпались. Мгновенно и бесшумно. Их сияющие формы стали призрачными, полупрозрачными, сливающимися с гнилостным маревом Нави, с дрожащими тенями искажённых скал. Они двигались не как армия, а как стая голодных шершней, почуявших слабость в теле опасного зверя. Их целью были не рядовые мертвяки — их хватит и основным силам. Командование — вот что было их первостепенной задачей. Нервные узлы этой гигантской машины смерти.
Они действовали, как в старые добрые времена. Времена, когда победы достигали не только грубой силой, но и умом, хитростью, умением бить точно в горло. Разведка, наблюдение, мгновенный удар, исчезновение. Они помнили эти навыки. Помнили до боли, до щемящей тоски по той, другой жизни, где такие приёмы использовались против живых врагов, а не против порождений вечного мрака.
Первая группа, состоявшая из трёх духов — бывшего армейского снайпера, тихого охотника-промысловика и лихого гусара — вышла на «станцию управления». Так они мысленно окрестили место, где над пульсирующим кристаллом чёрной энергии суетились несколько Высших Личей. Эти существа, больше похожие на ожившие канделябры из слоновой кости и пергамента, своими костяными пальцами вышивали в воздухе сложные рунические схемы, направляя потоки мёртвой энергии к отрядам мертвяков на передовой. Их охраняли десятки бронированных упырей.