— А чего это от вас кровью пахнет так сильно? — с прищуром спросила она.
Все пять практиков онемели от страха, боясь отвечать.
Душа в моих руках говорила, а я прислушивался к ней. Не слухом, а духовным зрением, телом ощущал ее вибрации. Грязи, крови, злобы в ней больше не было — Символ Очищения сделал свое дело. Теперь это была чистая душа, застрявшая не по своей воле в Поднебесной. Она трепетала, словно невесомая бабочка в ладонях, я лишь слегка придерживал ее. Ее тянуло от меня, от этого места. И еще, думаю, в этом месте теперь чистой душе было холодновато.
Вот только главный вопрос в том, была ли она такой чистой при жизни или стала добровольным…кхм…приспешником секты? Не знаю почему, но увидев, что душа насильно заточена в это мертвое тело, я не мог испытывать к ней ничего, кроме сострадания. Врагом была не душа. Врагом был тот, кто ее поработил.
— Расскажи, — посмотрел я на душу и направил успокаивающие потоки Ци, которые заставили душу светиться чуть сильнее. — Расскажи, кто тебя поработил и, главное, ты начала говорить о каком-то культе Черно Лу…
— Луны. — закончила за меня душа и затрепетала в моей руке, словно вспоминая что-то болезненное.
— Ты сказала Культ Черной Луны? — обеспокоенно спросил Ли Бо.
Душа просто мигнула, как бы подтверждая свои слова.
— Кто ты? Ты помнишь, кем была при жизни? — спросил я, решив подождать с этим вопросом.
— Дааа… — протянула душа, — Воспоминания остались….
— Как тебя зовут? — спросила Хрули, подавшись вперед.
— Меня… — душа чуть поднялась из моих ладоней, — Меня звали… Как же меня звали?.. Воспоминания о человеческом прошлом так далеки… Словно скрыты туманом.
Секунд десять душа молчала, а потом заговорила:
— Лю Вэй… Вот как меня звали…
Теперь, вспомнив имя, его голос стал увереннее.
— Я был смотрителем небольшого храма в горах, недалеко от Желтой Реки. Практик ступени Возведения Основания и я был самым сильным в храме, остальные на более низких ступенях. А потом, в один из дней пришли они…
— Они? — спросил высунувшись из кувшина Лянг.
— Секта. Но они поступили хитро: сначала пришел один практик, я не ощутил в не злобы, да и не смог бы — я же не Праведник. Сказал, что ищет старые свитки, записи об прошлом этих мест. А хранилище у нас было действительно немаленькое. Мы гостеприимно его приняли, не отказывали в знаниях, ну а ночью он отравил колодец. Отравил настоем из Черных Лотосов.
— Черных Лотосов? — удивленно переспросила Джинг, подползая ближе. — Но нам по пути встречались разноцветные, но ни разу черных. Откуда черные вообще могут взяться?