Степаныч встал со своего стула у стеночки и вышел из комнаты. Адвокат не удостоил его взгляда, вместо этого, задумчиво опустил глаза.
— Затянуться, говорите? — Переспросил я у Чешского-Кононенко.
— Именно. Я думаю, это не в интересах ни одной из сторон.
— Это не в интересах именно Фомина, — я ухмыльнулся.
Адвокат потемнел лицом.
— Почему же? — Спросил он.
— Потому что, ваш наниматель не единственный наш купец. Если вы понимаете, о чем я.
Чешский-Кононенко снова замолчал. Он молчал долго. Думал, что мне ответить.
— Значит, вы отказываетесь вести дела через меня, Летов?
— Отказываюсь. Только личная встреча.
Адвокат хмыкнул.
— И все же, мой наниматель был прав.
— В чем же?
— Вы стремитесь вести дела не как цивилизованный человек, Летов, а как главарь бандитской группировки, в которой значение имеет только личная сила и авторитет лидера.
— С волками выть, — буркнул я недовольно.
— Я передам ваши слова моему доверителю, — адвокат встал. — Что ж. Думаю, больше нам нечего сказать друг другу.
Чешский-Кононенко уже хотел, было, выйти из моего кабинета, но застыл у входа, обернулся.
— Хотя нет, есть кое-что.
— Я слушаю, — откинулся я на спинку своего кресла.
— Если вы хотите разговаривать на равных с сильным, убедитесь, что вы в достаточной мере соответствуете ему. Иначе сложно будет найти общий язык.
— Избавьте меня от этих банальностей, господин Чешский-Кононенко, — выдержал я колкость. — И счастливого пути. Если поторопитесь, может, успеете вернуться в Краснодар к вечеру.
Адвокат неприятно изогнул свои тонкие губы. Все потому, что мой ответный выпад попал в цель. Чешский-Кононенко не ожидал, что поездка его станет такой безрезультатной. Я быстро понял, что он привык, когда к его визитам относятся с трепетом и уважением. И то обстоятельство, что я так легко отмахнулся от адвоката, явно задело его самолюбие.
— Что ж. Бывайте, Летов. Удачи вам, в ваших делах. Она вам понадобится, — сухо проговорил адвокат и вышел.
— Поторопитесь. К вечеру на въезде в Краснодар бывают пробки, — хмыкнул я в ответ.
Адвокат уехал быстро. В окно я видел, как его представительская, покрытая слоем дорожной грязи машина, откатила от парковочного кармана Обороны и направилась к центру города.
После я встал из-за стола. Направился в кабинет, где сидел Степаныч. Он рылся в бумажках, сопоставляя опись со сметой закупки.
— Ну как у тебя тут дела? — Спросил я.
Старик вздохнул.
— Идут.
— Чего это на тебя нашло?
Степаныч нервно поднял взгляд. Почему-то посмотрел на меня исподлобья.
— Ты это о чем, Витя?
— Об этом адвокате. Если б ни я, ты б, наверное, придушил бы его голыми руками.