Захочет — сам расскажет.
А если нет…
То, как говорится, и суда нет!
В итоге, Осрик заговорил первым, причём минут десять спустя после начала работ.
— Ты ведь знаешь Анику? — застенчиво спросил он, не отрываясь от работы.
— Да, — орудуя киркой, ответил я. — Ты из-за неё, что ли, такой? — спросил его, не отрываясь от работы.
Ответил паренёк не сразу.
— Да, — буркнул Осрик себе под нос. — А чего она с этим Седриком… — Он бросил ком глины, который тащил, и с вызовом посмотрел на меня. — Подумаешь, на пару лет старше! — И от злости сжал кулаки.
А, любовные темы…
Вот в чём-чём, а в них я вообще не силён.
Я ничего решил не отвечать Осрику и думал, что этот разговор сам собой сойдёт на нет, но как бы не так.
Эта тема сильно беспокоила Осрика, и он хотел выговориться.
С родителями, видимо, этого сделать не мог.
Ну или не хотел.
— И что ты намерен делать? — прямо спросил я.
Разговоры — это, конечно, хорошо, но одними словами дело точно не решить.
— Делать? — удивился Осрик. — А что я должен делать?
— Не знаю, — покачал я головой, так как не собирался влезать.
Мало ли, сейчас ему насоветую, а потом ещё и виноватым останусь.
Нет уж, увольте!
— Эх. — Он тяжело вздохнул, а затем поднял кусок глины и понёс его к другим.
К слову, их уже скопилось довольно много, и глины мне должно хватить не только на приличный очаг, но, возможно, и на обмазку стен своего жилища перед наступлением зимы.
Особенно если я приложу усилия и выкопаю глины ещё больше.
Мы продолжили работать дальше, пока Осрик меня не окликнул.
— Иво, скажи, что мне делать? — спросил он, когда я к нему повернулся.
— Нашёл кого спрашивать, — усмехнулся я. — Пару недель назад меня все называли деревенским дурачком, а живу я вообще на отшибе. Ты видишь «это»? — Я кивнул на дом.
— Вижу, — буркнул Осрик.
— И тогда какие ко мне вопросы?
— Но всё же изменилось.
— Да. И ты можешь всё изменить. Старше на пару лет за несколько дней ты не станешь, но ведь не в годах дело, — сказал я, возвращаясь к работе.
— А в чём тогда? — с вызовом спросил он.
— В поступках, — ответил я, продолжая орудовать киркой.
— В поступках? Каких поступках? — Осрик спрыгнул в яму и, подойдя ко мне, начал смотреть, как я работаю.
А ведь у меня в руках был опасный предмет…
Я остановился и тяжело вздохнул.
— Поговори об этом со своим отцом, — посоветовал ему. — Поспрашивай его, как он добивался расположения твоей матери и…
— Да их сосватали родители, а потом и поженили! И всё! — перебил меня Осрик.
— Так и в чём проблема? Ваши родители же друзья.
Плюс обе семьи были примерно одинакового уровня достатка. Во всяком случае, по первому впечатлению.