Мы целовались в диком порыве, оставляя друг на друге отметины и укусы. В какой-то момент Влада несдержанно застонала, получив в ответ мой довольный рык.
Полотенце было отброшено за ненадобностью, как и мой джемпер. Нахер это все. Только так. Кожа к коже.
Вжавшись в нее до беспамятства, я стал жадно скользить губами по тонкой шее, изящным ключицам, хрупким плечикам. А затем добрался до идеальной груди.
Запредельное совершенство.
Я сейчас от одного этого вида кончу! Совсем тормоза сносит моя заноза.
Не в силах больше сохранять дистанцию, облизал по очереди торчащие сосочки, а затем снова приник к губам, накрывая острые вершинки ладонями.
Сука.
Ещё немного и я просто сожру Владу.
От моих действий, в ее голове словно что-то щелкнуло. Будто последний барьер пал. Любимая стервочка прикусила мочку моего уха, провела язычком вниз по шее, а затем, оставляя горячие поцелуи на груди и животе, медленно опустилась на колени.
Я думал до этого, что на грани? Нихера подобного. На грани я был сейчас. Когда самая желанная в мире женщина, потемневшим от страсти взглядом, смотрела на меня снизу вверх. Когда неосознанно облизнулась, мучительно медленно расстегивая ремень и высвобождая до боли затвердевшую плоть.
Я смотрел на это почти не дыша, и охреневал от того, как меня крыло все происходящее.
Никогда такого не было. Ни единого разу. Ни с одной.
Лица всех женщин мгновенно смыло из памяти, как ненужный хлам, оставив там лишь одну. Ту, которая с первой встречи проникла в голову и сердце. Ту, которую я никогда не отпущу.
Поток несвязных мыслей прекратился, как только горячий язык заигрывающе обвел чувствительную головку.
— Твою мать. Да, — выдохнул я, запуская ладонь в шикарные светлые волосы.
Влада плотно обхватила ствол губами и подалась вперед, слегка всасывая его.
Это самая сладкая пытка в моей жизни.
Я просто сдохну сейчас от кайфа.
С каждым новым движением Влада все больше наращивала темп, доводя меня до искр перед глазами.
Чёрт.
Сам не заметил, как стал насаживать её голову на себя, толкаясь в сладкий ротик почти до упора. Я чувствовал остатками разума, что такое для Влады в новинку, поэтому мысленно приказал себе держаться в узде, но тихие стоны, которые раздавались всякий раз, когда я оказывался максимально глубоко, сметали весь самоконтроль к херам.
— Умница моя любимая, — благоговейно произнес я, поднимая Владу на ноги и целуя с какой-то первобытной страстью. – Моя очередь полакомиться.
Уложил свою девочку на диван, нетерпеливо спускаясь поцелуями туда, где очень скоро окажусь всеми доступными способами.