— Ты серьёзно думаешь, что дракон не знал, где раздел о драконах? — ухмыльнулась Иглая. — Он подошёл к тебе, чтобы заговорить! А ты так смущалась, что даже не смогла продолжить с ним разговор. Ты влюбилась в него с первого взгляда.
Слова подруги резали как нож. Глаза увлажнились. Неужели всё именно так? То, в чём я себя подозревала, от чего открещивалась и старалась забыть — это влюблённость в великолепного Лирея Эквуда?
Со сцены играла музыка. Краем глаза я видела, как семь пар кружатся в танце, но совершенно не хотела любоваться ими. Внутри пылал такой пожар, что я пыталась всеми силами его потушить.
— А потом, через неделю, между вами что-то произошло, — с грустью продолжила подруга.
— Через неделю родители нам объявили, что они женятся, и познакомили нас друг с другом. В тот день я узнала, что он будет моим сводным братом и попросила его относиться ко мне как к сестре. Быть для меня хорошим старшим братом.
Иглая открыла рот. Без слов можно было понять, сколько нецензурностей она в этот момент обо мне думает. Я и сама внезапно поняла, какой эффект могли оказать мои слова на влюблённого парня. Если, конечно, он был влюблён.
— Ты думаешь, Лирей что-то ко мне испытывает?
— Эльена, очнись! — дёрнула меня за руки Иглая. — Вся академия знает, что он в тебя влюблён! Ты думаешь, кто все эти годы отгонял от тебя парней? Да к тебе подойти боятся! Почему, думаешь, Эрмес ненавидит Лирея, а тот — его? Потому что Эрмес единственный, кто не побоялся противостоять Лирею, кто не отступился от тебя. Кто написал ту надпись на окне «Лирей плюс Эльена»? Думаешь, я?
— Ну, Лирей выдвигал такое предположение…
— Это он, дурочка! — фыркнула подруга и всё-таки щёлкнула меня по лбу. — Никто не смог стереть эту надпись, даже преподаватели, потому что её наложил ледяной дракон. Сильнее его льда нет никого в академии.
— Не понимаю, — пробормотала я, чувствуя, как глаза увлажняются, — почему он не признается мне? Почему бросил в болото?
— Вот это уж не знаю, — пожала плечами Иглая. — Мне самой всегда было интересно, чего ждёт Лирей. Но, думаю, это тебе стоит спросить у него. Решить этот вопрос раз и навсегда.
— Неужели он любит меня? — всё ещё не веря, спросила я.
Иглая закатила глаза.
— Уж в этом точно нет сомнений!
— А вот и пирожные, — улыбнулся Мейл и подал нам две тарелки сладостей.
Я смотрела на свою, но будто не видела её. Я пыталась сопоставить всё, что сказала Иглая, с тем, что чувствовала сама. Моя закрытость сыграла со мной злую шутку. Как и неуверенность. Тяжело поверить в то, что кто-то может быть в тебя влюблён, когда все парни убегали от меня, сверкая пятками. И ведь до академии у меня не было никакого опыта социального взаимодействия. Я всегда была одна.