– А на завод с тобой, мне не надо?
– Надо бы. Он с женой будет.
– Ну, так, давай к Свирскому, в ресторан тогда. Там же рядом. Я все не успею.
– Хорошо. Давай так. Позвони завтра, договорись.
– Хорошо. Все сделаю, не переживай.
– А я тут со стройки ребят дернул, они в туалете слив для душа уже сделали.
– Ух ты! Оперативненько.
– Ну, штука баксов любые процессы ускоряет. Я контракт для мальчишки, в кабинете оставлю. Проследи, чтоб все прочел, прежде чем подписать.
– Хорошо, прослежу.
– Что там, на рынке случилось? Тебя ограбить, что ли хотели?
– Твои волкодавы, тебе о каждом моем шаге докладывают?
– Это не слежка, а проявление заботы. Мне интересно абсолютно все, что в твоей жизни происходит.
– Ага. Я так и поняла, – тяжко вздохнула я. – Нет, не ограбить. Молоком кислым облить хотели, как в моей книге про отвергнутую жену, помнишь? Женщина, заказавшая нападение, так же, как и в книге, купила мальчишке куртку за услугу и выглядела так же как моя Эмма.
– Что за тупые шуточки?
– Это не шуточки Олег, а запугивание. Ты ведь читал книгу, знаешь, что дальше будет?
– Похитит ее ребенка и будет требовать выкуп у бывшего мужа? А потом, похитит его и будет издеваться, припоминая все обиды.
Муж, как-то сразу напрягся, а я, аж подскочила. И почему, я все время думала лишь о себе. Когда по книге, в итоге, расплатился за все, действительно муж.
– Вспоминай, кого из своих девок ты обидел?
– Никого. Это исключено. Мы заключали контракт и за его рамки не выходили. Прервать его, они могли в любой момент. Без каких-либо санкций.
– Контракт?? – сказать, что я была в шоке – не сказать ничего. Там. Все так серьезно? Реально покупка услуги? – Тоже мне, пятьдесят оттенков серого! У тебя, что тоже психологическая травма в юности была? Может, тебе полечится?
– Может, и нужно было. Но сразу, а сейчас, когда уже более тридцати лет прошло… Явно поздно, Вер. Ты не думай, я никого не калечу, не увечу, с мужчинами в отношениях не состою.
– А, что тогда? И что ты пережил? – мои худшие опасения подтвердились, мужа стало ужасно жаль. Он столько лет вытаскивал из этой задницы меня, а сам тонул в своем дерьме, а я дура не замечала. Хотя, он ведь до сих пор иногда, как и я, просыпается плача. Я, конечно, расспрашивала, а он говорил – не помню. Хотя, я знала, что врет, но не настаивала. А зря. Ой, зря.
Сейчас как никогда почувствовала себя виноватой перед мужем, но манипулировать этим, ему не позволю ни за что.
– Да, уже не важно. Все в прошлом, начинаем новую жизнь. Я ценю твое прощение, поверь. Я не подведу.
– А кто тебе сказал, что я тебя простила? – я не сдержала злой усмешки.