Георгий Павлович сосредоточенно хмурился, глядя будто сквозь меня.
— Я понял твой план — подключить мнение общественности, — наконец, ответил он задумчиво. — У Оксаны Владимировны есть нужные связи. Печатные издания могут стать просто поддержкой — у них запланированный выход по дате, а вот передачи на телевидении — идея интересная. Но, вообще, это задача для PR- отдела. Только… что об этом думает сам Андрей?
— Он не знает. И вряд ли позволит, если узнает, — добавила я.
— Предлагаешь проделать это за его спиной?
— Он не позволит мне его спасать, — покачала я головой. — А я не хочу позволять Роксане топтать его репутацию…
Гера протер лицо.
— Давай так, я преподнесу эту идею Оксане Владимировне и нашему отделу по связям с общественностью, а они скажут, что из этого можно выжать и как это сработает. Но ты молодец. Это действительно может подлить масла в огонь и поджечь пару беспринципных задниц в Министерстве здравоохранения. Они на это точно не рассчитывают. И не исключено, что именно потому, что Роксана уверена — Князев не будет поднимать вокруг себя такую шумиху.
— Я в одном я с ней согласна. Андрей достоин этой должности.
— Нельзя не согласиться, — кивнул Георгий. — Буду держать тебя в курсе. Думаю, сегодня решим, что нам делать.
Я поднялась, и мы распрощались. Обратно в палату я спешила так, будто мне пришел тревожный вызов по пейджеру, но у двери обнаружила родителей Андрея. Лара, завидев меня, поспешила навстречу:
— Мила, привет, как вы? Мы только узнали…
— Всё хорошо, — ответила я ей. — Не волнуйтесь, нам очень повезло, что мы были в клинике, и что папа Димы — один из лучших кардиохирургов.
Лара вымучено улыбнулась, и Ярослав притянул ее к себе.
— Мы сунули нос в палату, но там все спят, — сказал он и поморщился с улыбкой, — пришлось воспользоваться авторитетом и выпросить результаты последних обследований внука…
— Андрей говорит, что все позади, — сообщила я, тяжело дыша, и посмотрела на него с надеждой.
— Все действительно хорошо, — заверил он. — Главное — это сделанная вовремя операция, а дальше организм Димы сам все исправит…
— Я все никак не могу в это поверить, — с облегчением выдохнула я, — что все позади…
— Ты ела? — обеспокоено поинтересовалась Лара.
— Да, всё хорошо, — закивала я с улыбкой. — Я в порядке…
— Тогда мы пока сходим к Оксане, — мягко притянул к себе Лару Ярослав, и от меня не укрылась, как не хотелось ей оставлять своих детей без присмотра. — А позже навестим вас.
— Если что — сразу звони, хорошо? — мягко напомнила Лара.
Я послушно кивнула и тихо скользнула в палату. Чувствовала себя преступницей, и было неспокойно от того, что я задумала сотворить за спиной Андрея. Но чертовой ведьме хотелось как следует ответить, чтобы она не думала впредь, что может распоряжаться судьбами сотен пациентов, за которых решила, что Князев им не поможет. Блин, как она вообще стала врачом с таким отношением к пациентам?