Он замялся, не решаясь выговорить слово «семья».
— … коллектив, — подсказала ему Марина более приемлемый вариант и постаралась слиться с интерьером, чтобы не мешать происходящему.
— Да, — благодарно кивнул ей эльф. — Мы просто сброд или коллектив? Если первое, то я не вижу смысла здесь оставаться. У меня дома родители, лавка, эксперименты. Но если мы все же нечто большее, тогда пустите его.
Марина почувствовала на себе взгляд Ксавьера, но не шевельнулась: момент был уж очень важный для ребят.
— Если мы нечто большее, то должны все делить поровну, — упрямо возразил демон, сегодня, похоже, очень недовольный другом.
— Нет, — покачал головой эльф. — Ты меня извини, Крис, но у тебя семьи никогда не было. И ты не знаешь, что когда кто-то в семье добивается успеха, остальные этому должны радоваться и поддерживать его. Потому что если он один добился — значит, вся семья добилась. Мы, конечно, не семья, но… Пусть идет, в общем.
В комнате снова повисла тишина. Но в этой тишине почти сразу прозвучал голос Амадеуса:
— Я вот порой не понимаю, — сказал Модька, — шизанутый гений ты, белобрысый, или просто бесхребетный тюфяк.
Леам неловко улыбнулся.
— Так что решили? — Ксавьер на этот раз спросил весь класс, поняв, что вопрос неожиданно стал важен для всех.
Ребята переглянулись. Шессер поймал большую часть взглядов, перебросился парой слов с Модькой и сказал:
— Пусть идет.
И на этот раз спорить никто не стал. Правда, пара нелицеприятных фраз из пространства все же донеслась, да неприязненные взгляды нет-нет, да и пробегались по фигуре ссутулившегося Уильяма. Ребята зашевелились и начали расходиться — оставаться в гостиной всем почему-то резко расхотелось.
Марина под шумок подсела ближе к Ксавьеру и негромко уточнила:
— А там… в Школе… действительно так пусто?
— Хотите привести туда сразу всех? — поднял одну бровь Ксавьер.
— Ну, я подумала, что если добиться высокой дисциплины и использовать плащи как форму, то… быть может… Магиков же официально обелили, разве не так?
— Это Высшая школа инквизиции, — напомнил Ксавьер. — Если мы демонстративно отправим туда на обучение группу магиков, это будет вызов общественности.
Марина вздохнула. Она и сама это понимала. Как понимала и то, что нельзя вечно держать ребят взаперти — ни в старом корпусе, ни в новом доме. И дело даже не в футболе и разбитых окнах.
Ребятам недостаточно было ее компетенции. Точнее, Марина уже дала им все, что могла, и теперь они нуждались лишь в сопровождении, а не жестком контроле. Расширение учительского штата и общение с господином Гарденом на некоторое время тоже дало положительный эффект, и теперь девушке не стыдно было показать свой класс миру.