— Не знаю, что и сказать. Таких ценных подарков мне еще не дарили. — Пока Елена принимала клинок из моих рук, ее щеки из розовых стали пунцовыми. — А ты не думал оставить его — к примеру, для Катерины?
— Думал, — усмехнулся я. — Но все же надеюсь, что к тому моменту, как она будет в силах владеть оружием, оно ей уже не понадобится.
— Да, конечно! Не подумай, что я не хочу — кто в своем уме откажется от такого? Но… Хотя — не важно. — Елена вдруг приподнялась на носках туфель и неуклюже поцеловала меня в щеку. — Спасибо тебе!
— Ого… И тебе. — От неожиданности я даже отступил на шаг. — А теперь, когда мы вроде как покончили со всеми формальностями — как насчет чая?
— Прости, мне… Мне уже пора ехать. — Елена попятилась в сторону двери. — Извинись перед Катей и Олегом Михайловичем. И перед остальными тоже!
— Ты ведь только вошла. — Я почувствовал, как мои брови сами по себе поползли вверх. — К чему такая спешка.
— Меня уже ждут в Орешке. Правда, была очень рада тебя повидать, Игорь! — Елена спиной вперед вышла в коридор, едва не зацепившись за дверной косяк свертком с мечом. Там, похоже, споткнулась несколько раз, и уже откуда-то с лестницы крикнула: — Прости, пожалуйста!
— Что… Хаос, что это за?.. — пробормотал я себе под нос.
Ничего даже отдаленно похожего на разумное объяснение происходящего у меня не было. Елена, бесстрашная дочь князя Горчакова, исходившая пешком оба берега Невы, то ли испугалась чего-то, то ли засмущалась, как девчонка-подросток из пансионата для благородных девиц. Мы сражались с ней бок о бок, не раз прикрывали друг друга и уже давно были на ты. Можно сказать, дружили семьями. Она никогда не бегала ни от опасности, ни от драки — а теперь вдруг удрала. Да еще и так быстро, будто вместо драгоценного зачарованного клинка я предложил ей в подарок ядовитую змею.
Впрочем, как раз змей Елена наверняка не боялась нисколько.
Наверное, надо было пойти за ней. Выяснить, в чем, собственно, дело — или хотя бы проводить до машины. Но удивление было так велико, что вместо этого ноги сами понесли меня к зеркалу.
Ничего интересного в нем ожидаемо не отразилось. Заострившиеся скулы и синяки под глазами от недосыпа так никуда и не делись, да и в целом вид мог быть и получше, однако того, чем объяснялось бы столь поспешное бегство прекрасной гостьи, я не увидел.
У меня не выросла вторая голова, кожа не превратилась в чешую, волосы не и уж тем более не выпали. Шея, чуть помятый ворот рубашки, плечи — все как всегда. Самое обычное лицо.
Даже симпатичное… Наверное.
— Даже интересно, что ты там увидел.