Моим детям нужна мама! Слабонервных прошу не беспокоить! — Ольга Обская

— Ой! Папа! — пискнула малышка.

Эвелина обернулась к двери — на пороге стоял высокий мужчина с хмурым взглядом.

Холодный воздух из коридора ворвался в комнату вместе с ним, и будто всё вокруг сразу притихло.

ГЛАВА 3. Госпожа в пальто

Вот и он.

Мужчина, о котором шептался весь остров.

И, надо признать, шептался не зря.

Высокий, подтянутый, в стального цвета сюртуке, который безупречно сидел на широких плечах.

Ни одна сплетница Лиреи не преувеличила — Эйден Греймонт действительно был красив.

Но не той слащавой красотой, которой обладают изнеженные светские бездельники, а красотой знающего себе цену человека — опасной и притягательной, от которой лучше держаться подальше, если не хочешь приключений на свою голову.

Эвелина сомнительных приключений не хотела, поэтому и не собиралась пристально изучать этот образец мужской привлекательности. Ей ведь только письмо вручить. Но всё же небрежным взглядом по нему скользнула. Заметив и отметив несколько деталей.

Его тёмные волосы чуть вились у висков, а одна из прядей густой шевелюры неожиданно была гораздо светлее. Глаза — серо-стальные, пристальные, внимательные. Из тех, что не просто смотрят, а оценивают, взвешивают… и при необходимости выносят приговор.

Он просто стоял в проёме, почти неподвижно, но пространство вокруг, казалось напряжённым и намагниченным.

Всё в нём — осанка, разворот плеч, пронзительный взгляд — говорило о власти. Безусловно, этот человек привык приказывать. Не повышая голоса. И, судя по всему, привык, чтобы его слушались даже мебель и сквозняки.

Эвелина вдруг поймала себя на мысли, что представляла встречу с ним совсем иначе. Как-то более скучно и прогнозируемо, а не вот это всё: пожар, её героическая борьба со стихией при помощи собственного пальто, визжащие дети.

Стоп… дети?

Так это его дети?! Хотя… а чьи же ещё? Ведь девочка назвала его папой.

Неожиданное открытие.

Выходит, что Греймонт не только красавец-магистр-советник, но ещё и отец.

В Лирее, конечно, ходили слухи, что когда-то он был женат — и что-то там пошло не так. Брак закончился скоропалительно и таинственно. Супруга то ли исчезла, то ли сбежала. “По невыясненным причинам” (а в Лирее это почти всегда означало — “причины очень даже выяснены, просто неприлично о них говорить”).

Но, похоже, в этом браке остались дети. И теперь он воспитывает их сам. Что, к слову, выглядело довольно неожиданно — обычно ведь всё бывает наоборот: если брак распадается, дети остаются с матерью.

Эвелина перевела дыхание, пытаясь осознать всё сразу — мужчину, детей, запах гари и пепел на полу.