Мысли Дилля незаметно вновь вернулись к барону Скодису. Странный он какой-то. Не потребовал дуэли. А, может, он тоже фехтовать не умеет? Хотя при такой симпатичной и достаточно ветреной жене уже должен был бы и научиться. Или он так себе на жизнь зарабатывает? Дожидается, когда кто-нибудь оскорбит его супругу, а потом выставляет ему счёт? Да ну, бред! К тому же, сам король сказал, что последний раз клятый пятый пункт какого-то эдикта применялся давным-давно. И, тем не менее, барон приехал в Тирогис и с самого начала празднества глаз с Дилля не спускал, явно выжидая момент, когда можно будет завести разговор.
Кстати, — тут Дилль в задумчивости почесал подбородок, — а как вообще обычный деревенский барон, каких тысячи по всему Ситгару, вдруг оказался на королевском балу? Он припомнил слова баронессы, что она здесь впервые и хочет получить от этого вечера всё. Значит, барон Скодис ко двору ранее не был представлен. Но всё же оказался здесь, чтобы вытребовать пятьсот оксов — сумму несусветную, особенно по меркам так называемого преступления на провинциальном постоялом дворе.
На секунду Дилль подумал, что его попросту обманули, и что настоящие барон и баронесса Скодис сидят в своём деревенском замке и знать не знают, что их двойники занимаются при королевском дворе такими неблаговидными делами. Но потом понял, что неправ. И дело даже не в том, что сам Дилль с трудом, но узнал баронессу, хотя и после напоминания с её стороны. Просто на ум Диллю пришли слова короля «сделать то, что требуют». Король явно знает больше, чем сказал.
Получается, что Дилля крупно нагрели. Возможно, это дело рук короля — Его Величество таким образом просто экономит пятьсот золотых. Нет, отмёл эту мысль Дилль, тогда бы и Гунвальду и Герону предъявили какие-нибудь обвинения. Значит, король отпадает. Тогда чья это инициатива? Самого барона? Но откуда бы барон узнал, что Дилль выживет после схватки с драконом и станет богаче на пятьсот оксов? Кстати, а откуда барон это узнал? Своё имя в тот злосчастный вечер Дилль баронессе не называл. Да и, если уж на то пошло, как баронесса вообще его запомнила? Она и видела его всего-то несколько секунд.
Дилль почувствовал, как в нём начала закипать злость. В тот вечер на постоялом дворе присутствовали ещё Гунвальд и Герон, но они отпадали, так как попросту не знали этого барона. Следовательно, единственный, кто мог рассказать этому типу о происшествии, это Эрстан. Та-ак…
Дилль подскочил, как ужаленный в одно место, и помчался в танцевальный зал. Среди кружащихся пар он пытался разглядеть этого скользкого и мерзкого мага, но до конца танца так и не смог этого сделать. А потом маг сам объявился, ведя под руку свою даму и над чем-то весело с ней смеясь. Дилль заступил им дорогу.