Я окинул взглядом зал. Тесновато здесь, конечно. Оборудование хоть и рабочее, но потрёпанное. Штанги, гантели, несколько мешков, пара груш. Для начинающих ребят сойдёт.
Но, если подумать о чём-то большем… О месте, куда мог бы прийти любой подросток после школы. Не обязательно ради бокса. Могли бы быть и тренажёры, и зал для единоборств, может, даже что-то вроде скалодрома или тира. Место, где можно выплеснуть агрессию не в подворотне, а здесь, под присмотром. Где можно научиться не драться, а защищаться. Где можно просто почувствовать себя сильнее.
Первая проблема — это деньги. Хотя после моих планируемых «вылазок» на подпольные «кормушки» Ларина они перестанут быть проблемой. Их придётся куда-то девать.
Себе оставлять их я не собирался. Думал пустить на школу, но можно сделать что-то ещё, не менее полезное. Например, открыть спортивный центр. Для детей, для подростков, для тех, кому некуда пойти, кроме улицы или пыльного подъезда.
Я посмотрел на Саныча. Он что-то объяснял Юле, двигая её локоть, его лицо было серьёзным, даже суровым, но в глазах его я видел искреннюю заинтересованность в успехе своей подопечной. Этим он мне сразу приглянулся, и наверняка у него найдутся знакомые, такие же фанаты своего дела, загнанные в угол отсутствием финансов и клиентов. Какие-нибудь тренеры по борьбе, по стрельбе или по лёгкой атлетике…
По сути, мне сейчас не особо важно, какие дисциплины пойдут в работу. Главное — начать. И базой станут вот такие энтузиасты, из которых мы соберём крепкую команду. Почему-то я ни секунды не сомневался, что Саныч согласится с моей задумкой.
Мысли закрутились с новой скоростью, выстраиваясь в подобие плана. Сначала нужно добыть средства. Потом необходимо найти подходящее помещение. В центре, наверное, аренда заоблачная, поэтому нужно будет поискать что-нибудь на окраине города или в том же районе, что и школа. Затем уже ремонт, закупка оборудования. А там… А там посмотрим, к чему это всё приведёт.
За своими размышлениями я не заметил, как тренировка Самойловой подошла к концу. Девушка, вся взмокшая, с ярким румянцем на щеках, но с сияющими глазами, поблагодарила Саныча, кивнула мне и поплелась в раздевалку, пошатываясь от усталости.
Саныч подошёл ко мне, вытирая руки полотенцем.
— О чём задумался, Егор? — спросил он, присаживаясь рядом. — Вид у тебя отрешённый.
Я пожал плечами, сделав глоток воды.
— О работе.
— Ага, вижу, — Саныч усмехнулся. — Говоришь, нравится преподавать, легко и просто там, а сидишь и в потолок смотришь так, будто мир собираешься перевернуть.