Закончив захожу в браузер. Открываю почтовый сервис, который приметил ещё несколько дней назад. Азиатский, с серверами где-то там. Вне юрисдикции империи. Регистрация без подтверждения. Идеально.
Завёл ящик. Запомнил пароль. Открыл черновик письма. И принялся грузить туда всё, что нарыл на телефоне убитой твари.
Рядом шагала Дарья. Тэкки замыкал. От варраза так несло канализацией так, что даже уличные запахи Цинниванского не перебивали аромата. Впрочем, от нас всех сейчас пахло не лучше.
Закончив, вышел из почты. Вытащил сим-карту, переломил пополам. Телефон сунул в щель канализационной решётки. Толкнул пальцем. Внизу булькнуло. Ну вот и всё.
Цех встретил темнотой и запахом пыли. После подземелий, крови и дерьма, сухая бетонная пыль казалась почти приятной.
Поднялись на служебный ярус. Я первым делом стянул с себя всё. Штаны, рубаху, ботинки. Скатал в ком и зашвырнул вниз, на первый этаж. Кое-как вытерся салфетками, которые остались после вчерашней еды. Потом достал из пакета шорты и футболку, купленные на базаре и натянул на себя. Сейчас бы принять душ. Но воды тут нет. Пожалуй стоит сегодня же написать контакту, которым поделилась Лин. Сложно вести партизанскую войну, когда у тебя нет элементарных удобств.
Тэкки тоже переоделся, ворча себе под нос. Дарья сменила лишь штаны. Окровавленную рубашку предпочла оставить на месте.
Оставив их, вышел в ночь. Добрался до одной из немногих работающих тут ночных точек. Набрал жареных сосисок с хлебом, плюс лимонада в стеклянных бутылках.
Женщина косилась на меня с подозрением. Но вслух высказывать ничего не стала. Я был гоблином, который покупал. Не вором. Уже многое значит.
Казалось, все полностью вымотались. Но стоило варразу и девушке почувствовать запах еды, как они немедленно поднялись на ноги.
Никогда не думал, что жареные сосиски и какой-то простенький лимонад могут быть настолько вкусными. Что первое, что второе — сплошная синтетика. Тем не менее желудок восторгался ими, как вагю, тушёной в красном вине.
Какое-то время мы попросту насыщались. Хруст, чавканье, бульканье лимонада. Три, измотанных существа, которые набивали брюхо горячим мясом, сидя на бетонном полу заброшенного цеха. Потом принялись за ревизию добычи.
Кожаная сумка, набитая трофеями. Чуть промокла. Канализационная вода добралась до банкнот. Часть размякла, но основная масса осталась целой.
Имперские рубли. Семнадцать тысяч пятьсот. Выручка обменника за один, может два рабочих дня. Масштаб «Кроликов» впечатлял.
Отдельно — банкноты империи Мин, тоже номинированные в ланах. И ещё одна стопка, потоньше. «Рё» сёгуната Ямато. Суммарно потянут тысяч на пять, если менять.