Личные покои Каруса Длиннорукого
Император задумчиво смотрел на проливной дождь за окном и почти не слушал то, о чём докладывал личный секретарь.
Каждый раз, когда вокруг всё заливало дождем, на него нападала такая непреодолимая хандра, и в голову начинали приходить совсем другие мысли, никак не связанные с управлением государством. В такие дни он становился рассеянным, невнимательным к окружающим, отвечал невпопад, и от этого весь его великолепный двор приходил в уныние, ожидая, когда у Каруса наступит просветление, и двор, наконец, заживет своей обычной жизнью.
Сегодня утром дела привели его в семейный архив и, просматривая там секретные документы, он случайно наткнулся на рукопись своего деда — глубокоуважаемого и почитаемого им учителя и наставника с самого раннего детства.
Отцу Каруса, действующему тогда императору, на сына просто не хватало времени, он правил Великой империей, и воспитание наследника престола взял на себя дед Каруса — Марус Синезуб.
Взяв в руки листок, исписанный его убористым почерком, на Каруса вдруг накатили воспоминания юности, от которых тот впал в еще большее уныние…
Как же сейчас не хватает мудрых и всегда взвешенных советов деда!..
Боги дали Карусу всё, о чём он только мог мечтать: почтенных предков, мудрых наставников, умелых слуг и преданных друзей. Он в глубине души благодарил судьбу за то, что никому из них не нанес серьезных огорчений и не совершил ничего постыдного, хотя неоднократно едва удерживался от порока… Ведь императору дозволено абсолютно всё, а вокруг столько соблазнов!
Дед Марус направлял его жесткой рукой, и Карус еще с самой ранней юности уяснил для себя одно правило, которое старался не нарушать никогда. Произвол порождает ненависть, бессовестность и лицемерие, и если поддаться соблазнам хотя бы раз, затем невыносимо трудно встать на путь исправления и войти в привычное русло управления государством.
От деда он узнал, что значит быть благонравным и свободным от гнева. Марус Синезуб научил его закаливать себя в труде, спать на полу, накрываясь шкурами зверей, и быть воином, не чураясь простой воинской дисциплины. Мудрый дед внушал ему, что нужно выбирать себе самых лучших наставников, не жалея на это средств, и не важно к какому сословию те относятся. Карус всю жизнь неукоснительно следовал этому правилу, всё время развиваясь и совершенствуясь, хотя для всех остальных придворных он оставался изнеженным баловнем, обласканным судьбой и принимающим решения под давлением многочисленных советников.
Слава и память, которую оставили ему великие предки, побуждали императора к добросовестности и мужеству. И деду он обязан тем, что сделался богобоязненным и щедрым к своим истинным друзьям, которых было в его империи не так уж и много.