Возница хлестанул заартачившихся было кирги, и те нехотя потянули свою ношу по длинному почти пятидесятиметровому коридору, в стенах которого четко просматривались частые узкие бойницы с выглядывающими из них остриями копий.
Рур нервно закусил губу и внутренне напрягся. Он прекрасно знал, что сунься сюда какой-нибудь непрошеный гость, и эти копья прошьют насквозь какую угодно защиту вместе со всеми нарушителями. Вот сейчас дрогни рука у какого-нибудь невыспавшегося стража, и всё…
Но, видимо, стражи сегодня ночью все были начеку, и поэтому карета благополучно выкатилась из жуткого коридора и попала на приличных размеров плац в окружении мрачного полукруглого трехэтажного здания.
Под навесом единственного входа Рура уже ждал дежурный офицер в парадных блестящих доспехах имперского гвардейца.
— К коменданту! — коротко бросил Рур, демонстрируя ему свой жетон. — И поживее! Время не ждет!..
— Следуйте за мною.
Офицер, развернувшись, зашел внутрь здания и неспешно направился по одному из многочисленных внутренних коридоров. Рур, скрипнув зубами, терпеливо последовал за ним, прекрасно зная, что торопить и подгонять его совершенно бесполезно. Он бывал в этом здании уже, наверное, сотню раз, и каждый раз комендант и дежурные офицеры делали вид, что видят его впервые, реагируя только на выданный ему лично императором жетон и бумаги с его печатью.
Заспанный комендант принял Рура в своем кабинете и, бегло пробежавшись глазами по тексту, задержал взгляд на печатях, а затем звякнул в колокольчик.
Дверь тут же распахнулась, и в кабинет заглянул такой же заспанный секретарь. Комендант протянул ему только что написанную им бумагу.
— Поднимай Жимона с его отрядом и передай Бриму, чтобы тот взял два десятка гвардейцев из восемнадцатого полка и отправлялся с ними к выходу под номером сто тридцать семь. И еще передай им… — комендант многозначительно посмотрел на секретаря и произнес, выделяя каждое слово: — Полная боевая готовность.
Когда дверь за секретарем закрылась, комендант, даже не посмотрев на Рура, снова звякнул в колокольчик.
Зашел дежурный офицер.
Комендант размашисто начеркал на белоснежном листе несколько слов и, аккуратно разорвав его надвое, протянул обе половинки офицеру.
— Это отдашь смотрителю, а это — Жимону и Бриму. Сейчас забирай имперского посланника и веди его к входу под номером сто тридцать семь. Выполняй!
Через двадцать минут Рур стоял перед массивными железными воротами. Рядом с ними в две шеренги выстроились имперские гвардейцы в полной боевой амуниции, пятерка егерей в зеленых плащах и ещё пара ловчих со своими питомцами. Каждый из них держал под уздцы специально выведенную породу кирги, отличавшихся своей скоростью и неутомимостью, а один гвардеец держал сразу двух животных, предназначенных для него и для Рура.