Приимков кивнул, принимая объяснение. В конце концов, они сейчас на территории Минина. И он здесь в роли просителя. Так что ход беседы определять не ему.
— Тогда оценка с моей стороны будет звучать еще глупее.
— Так мы об опричнине! — Негромко сообщил напомнил он.
— Никак. — Вновь повторил свой ответ Алексей. — Это инструмент. Его функционал и тогдашнее воплощение определялись человеческой природой и законами тогдашней власти. Грубо говоря, он не мог не возникнуть?
— Почему? — Поинтересовался безопасник, кладя на язык таблетку шалфея.
— Потому что иначе он бы не возник. — Отрезал парень. — Значит, тогда именно такой инструмент стал ответом на вызовы времени. Альтернатива его отсутствия мне неизвестна. Так что отношения у меня к нему никакого нет.
— Понял тебя, — покивал каким-то своим мыслям Ловчий. — Что ж, тогда к делу. Как ты понимаешь, доверенные люди нужны Трону всегда. Род Воронцовых всегда составлял «опричнину», как бы она в данный момент времени не называлась. Опора самодержавия. Беда в том, что Роду это стоило слишком дорого. За последние триста лет лишь один мужчина из десяти рода умирал своей смерти. Нынешний глава Георгий Романович в двух последних мировых войнах потерял практически всех своих родных и слуг. Последней каплей стала потеря его сына в смуте пятнадцатилетней давности. Виктор был серьезным профессионалом… И погиб при исполнении. Подробности до сих пор не рассекречены. Однако Род из рук императора принял сразу несколько орденов. Посмертно.
Алексей откинулся на спинку кресла. Он не совсем так хотел узнать об отце Елены, но сейчас…
— По сути родных, кроме внучки, у него и не осталось почти. А сам он ушел от мира и ведет затворнический образ жизни. Денег роду вполне хватает, но сам Григорий Романович буквально затухает. Признаюсь честно, мой начальник не раз пытался вернуть его к работе, но… Я присутствовал при одном из разговоров, но даже не представляю, какой силы должна быть встряска, чтобы вернуть его к жизни.
Приимков помолчал недолго.
— Ингварь Георгиевич, вы же понимаете, что именно я собираюсь сделать? — Поинтересовался он негромко.
— Конечно. — Кивнул тот в ответ. — Я не зря сижу на своем месте и умею думать. Более того, в случае, если ты придешь сюда с этим вопросом, я уполномочен передать тебе предложение от Михаила Васильевича Пожарского. Ректор готов выступить гарантией твоей защиты… При переговорах.
«Да твою ж державу!», — поморщился Алексей. Вот и мучайся вопросом, кто именно его «играет». Или даже так: тут есть вообще хоть кто-то, кто этого не делает⁈