Вторая вкусняшка чернела сзади — тракторный артиллерийский тягач, железное свидетельство, что экскурсия на Путиловский завод оказалась очень кстати. Большевики, развалив к чертям собачьим промышленность империи, были вынуждены покупать технологию производства и FT-17, и всяких там фордзонов-путиловцев… Здесь кардинально по-другому! В освобождённой от немцев Риге сохранился завод «Руссо-Балт». В Питере имеются практически все компетенции дореволюционного периода, можно построить линкор класса «Императрица Мария», что было совершенно непосильно для большевиков-сталинцев вплоть до момента, когда линкоры утратили актуальность. Двигатели? К сожалению, из танка он был выдран, как и трансмиссия, гусеницы сохранились лишь в виде изношенных траков на люке мехвода, трактор смотрелся ещё печальнее. Тем не менее, разумному достаточно.
Измазавшись, Седов выбрался из танка через задний башенный люк, но не ругался, а радовался: поставим другие моторы, чуть подмарафетим и пошлём французов куда подальше, если возбухнут об авторских правах. Сразу прицепился к инженеру-интеллигенту.
— Кто ответственный за эти экспонаты? Ты? Головой отвечаешь за сохранность. Чтоб ни один болт не пропал. России нужен трактор. России нужен лёгкий танк. Обе железяки бесценны для конструкторов. Понял меня? — Седов обратился к Лацису, не отвечающему за хозяйство, но старшему из присутствующих в свите. — Мартын! Я упустил, ты мне напомни в Москве. Создаём комитет по науке и технике. Бонч-Бруевича за ноздри — и туда. Я скажу, что нужно в первую очередь. Танки тоже! — он хлопнул по грязному лобовому щиту уродливого «рено». — Я скажу что именно. Однозначно! ВЧК обязано проконтролировать. Саботажников — к стенке! Идём, товарищи.
Первомайскую демонстрацию он принимал на трибуне Дворцовой площади. В Зимний дворец правительство не вселялось, он уже получил статус музея.
— Праздник Великой Августовской революции отметим демонстрацией у Смольного? — подобострастно спросил Киров, пока Седов махал рукой колонне рабочих из Сестрорецка. — Там же вы принимали самые судьбоносные решения? Или на Сенатской, где случилось первое восстание против царизма…
Петроградский городской голова категорически раздражал Первого. Бывают же люди, умеющие всё делать не в масть! Восстание декабристов Седов считал предательством гвардии своего законного императора и ничуть не осуждал Николая I за расстрел бунтовщиков из пушек, в противном случае гражданская война ждала бы Россию ещё в те годы.
Одёрнул Кирова:
— Дворцовая площадь — главная площадь и Петрограда, и Российской империи. Российская республика — преемница империи. Поэтому Дворцовая и Красная площадь остаются нашими символами, понятно? Не фантазируй! Лучше помолчи.