— Пролетарии? То есть — нищие, обездоленные, у которых нет ничего кроме своих цепей⁈ Киров, ты — мерзавец! Однозначно! Почему рабочим платят так мало, что они по-прежнему остаются несчастными пролетариями? Товарищ Лацис, арестуй подонка!
Угрюмый латыш отделился от свиты Товарища Первого, прихватил Кирова за локоток и увёл. Потом, естественно, отпустил. Он знал, что подобные приказы отдаются чисто для показухи, в виде игры на публику. Настоящие расправы Седов планировал и обсуждал с окружением без взрывов эмоций. Но Киров этого не ведал, рыхлое круглое лицо посерело от страха. К тому моменту, как Лацис его спровадил на свободный выгул, градоначальник едва не намочил штаны.
С исчезновением экскурсовода воцарилось неприятное молчание. Наконец, один из инженеров, вполне интеллигентный и солидный мужчина, не самой смелой наружности, решился подхватить упавшее знамя.
— А не желаете ли полюбопытствовать, товарищ председатель? Один из петроградских купцов привёз диковинные вещицы из Гамбурга.
То есть официально запрещённая, но неофициально поощряемая торговля с врагом процветает, догадался Седов и изволил сменить гнев на милость. Точнее — полумилость или даже четверть. Вальяжно кивнул.
Оказалось — трофейная техника, у немцев годная лишь на переплавку, потому и продали русскому за гроши. По большому счёту, сплошная чушь, Англия и Франция до сих пор считаются союзниками, поэтому их пушечки, пулемёты и искровые радиостанции секретами не являются, попроси — и привезут в Россию, было бы чем заплатить.
А вот возвышающееся в углу заводского цеха стальное чудище с опалёнными огнём броневыми листами заставило сердце учащённо забиться. Инженер, правда, истолковал интерес Седова к подбитому танку совершенно превратно.
— Германские господа считают этот французский броневик свидетельством, что к сему времени промышленность Франции выдохлась совершенно. Угодно ли вам заглянуть внутрь? Броня — тонкая, на вооружении лишь один пулемёт или лёгонькая пушка, в то время как военная наука в точности доказала: будущее — за сухопутными дредноутами! Но у французов не осталось на них средств. Нелепый образчик ничем не лучше автомотора «Остин» с бронёй, защищающей разве что от винтовочных пуль, зато менее проворный из-за шасси.
Седов хотел было послать говоруна подальше, но сдержался. Самодовольный инженеришка знать не мог, что FT-17 — папаша и дедушка практически всех массовых танков планеты на ближайшие сто лет. Одна башня с вооружением, сильно сдвинутая вперёд из-за продольно расположенного двигателя в центре корпуса, трансмиссия в корме, привод на заднюю ось — это компоновка будущего танка Победы Т-34!