Мы как раз вылезли на полуют (задняя надстройка корабля там, где штурвал и каюта капитана).
— Джон, надо лодку спустить, — прошипел я. — Как-назад-то будем валить?
У Джона вытянулось лицо, а потом он указал на одну из висящих сбоку лодок. Я кивнул, и мы медленно двинулись вниз по лестнице. Группа матросов сидела на полубаке (передняя надстройка). По палубе ходили два часовых. Мы спрятались за бочками и принялись медленно спускать лодку, отвязав канаты.
Приходилось то и дело останавливаться и пропускать часовых. В это время я увидел наших парней, что поднялись по якорным канатам и затаились за одной из баллист. Я махнул им рукой, и мы с Джоном полезли в трюм. Здесь спали матросы в гамаках. Спустившись, двинули к хранилищу припасов. Джон следил за обстановкой, а я кинжалом вскрывал бочки, разливая масло. Когда на полу образовалась изрядная лужа, я скрутил из тряпки фитиль, макнул его в масло и чиркнул кремнем. Искры упали на тряпку, и она тут же весело занялась пламенем.
— Уходим! — шепнул я и мы полезли наверх на палубу. У самого выхода, столкнулись нос к носу с одним из моряков, решивших спуститься в трюм.
Мужик выпучил глаза, набрал в рот воздуха, чтобы заорать. Я со всей силы сунул ему под дых кулаком, но эта скотина все е умудрилась тоненько и визгливо запищать.
— Треее-вооовга!
— Падлюка, — прошипел я и грохнул ему кулаком в челюсть.
Мы выскочили на палубу. Сидящие на полубаке заметили нас: — Эй! Вы кто такие⁈ Тревога! — заорали они и бросились к нам, хватаясь за оружие.
Мы быстро рванули к тросам и спустились в лодку. На корабле поднимался шум. Матросы выскакивали из трюма, заполошно бегая по палубе.
Мы схватились за весла и погребли к якорям, чтобы поймать наших парней. Те уже спускались с корабля.
— Давайте сюда! — крикнул я им, так как скрываться уже не было никакого смысла.
Забрав своих, бросились к другим кораблям, чтобы вытащить остальных. Еще одна группа тоже догадалась захватить лодку.
Собрав всех, под крики матросов с палуб, мы погребли к берегу.
— Противник! Они уплывают на шлюпках! — услышали мы крики. Баллисты зашевелились, нацеливая на нас.
— В разные стороны! — крикнул второй шлюпке до того, как по нам открыли огонь.
Стрелы свистнули, вспарывая воду. По нам пробовали стрелять, но дистанция оказалась слишком большой.
Я греб как полоумный, меняя траекторию хода лодки, чтобы затруднить прицеливания. Один раз стрела упала совсем рядом с лодкой, скрежетнув по корпусу, а потом мы скрылись в темноте.
Мы плыли обратно, оглядываясь на пылающий флот. Небо окрасилось оранжевым, крики и треск разносились над водой. Вражеские матросы спасались со своих горящих посудин, прыгая в воду.