И глаза, большие, влажные. Полные того особого «терапевтического» сочувствия, от которого хочется немедленно совершить преступление.
— Добро пожаловать в безопасное пространство, — произнесла она голосом, от которого у меня свело несуществующие зубы. Слишком мягкий и понимающий. Слишком… обволакивающий. — Я доктор Фиалка. А вы, должно быть, Маркус?
— С утра был им.
— Присаживайтесь, пожалуйста. Вот сюда, на подушечку осознанности.
Подушечка осознанности оказалась гигантским пуфом в форме облака. Я сел. Пуф издал звук, подозрительно похожий на довольный вздох.
— Оно… живое? — я покосился на мебель.
— О нет, что вы! — Фиалка мелодично рассмеялась. — Просто зачарован на эмпатический отклик. Он чувствует ваши эмоции и отражает их.
— А если у меня нет эмоций?
— У всех есть эмоции, Маркус. Даже у… — она заглянула в свои записи, — … о! Вы — марионетка!
Её глаза загорелись. Не метафорически, а вполне буквально. Какое-то заклинание диагностики, судя по всему.
— Как интересно! — она захлопала в ладоши. — В моей практике ещё не было пациентов с альтернативной марионеточной телесностью!
— Альтернативной… чем?
— Вы существуете в теле, которое не было вашим изначально. Это создаёт уникальные психологические вызовы!
Она схватила блокнот и перо.
— Скажите, Маркус… как вы себя ощущаете в деревянном корпусе?
— Нормально.
— «Нормально» — это не эмоция. Это защитный механизм. — Фиалка наклонилась ближе. — Не скрипят ли ваши шарниры от подавленных детских обид?
Я уставился на неё.
— Что?
— Физические проявления часто отражают психические блоки. Скрип в суставах может указывать на застарелые травмы, которые вы не позволяете себе прожить.
— Мои шарниры скрипят, потому что я забыл их смазать утром. К вам спешил.
— М-м-м, — она что-то записала. — Отрицание. Классический симптом.
Арли, притаившаяся у меня на плече, еле сдерживала смех.
— А теперь, — Фиалка отложила блокнот и достала из ящика стопку карточек, — перейдём к проективным тестам.
— К чему?
— Я покажу вам изображения, а вы скажете, что видите. Это поможет мне понять структуру вашей психики.
Она положила перед мной первую карточку. Это была чёрно-белая симметричная клякса. С какими-то отростками по краям.
— Что вы видите? — спросила Фиалка мягко.
Я внимательно посмотрел на кляксу. И увидел…
— Демон, — сказал я. — Класса «Пожиратель». Вскрывает грудную клетку жертвы и поедает внутренности, начиная с печени. Печень самый питательный орган, знаете ли. Много маны концентрируется именно там.
Фиалка побледнела. Её перо застыло над блокнотом.
— П-простите?
— Демон. Пожиратель. Я таких видел сотни. В Безд… — я осёкся. — В книгах. Читал много. Про демонов.