Мы с Анитой бросились на помощь, но мужчина её не принял.
— Кстати, теперь там панорамное окно, — отступив, мрачно пошутила я.
— Януарий Второй, перенеси всех туда, — с трудом сохраняя равновесие, приказал маг. — По лестнице сейчас подниматься опасно.
Он положил ладонь на голову дочери, и в простом жесте было столько любви и нежности, что я едва не задохнулась от нахлынувших чувств. Этот человек проявляет заботу делом. Пусть слова мага кажутся жестокими, а порой и ранят, поступки говорят сами за себя. И как я раньше этого не замечала?
— По одному, — продолжал отдавать приказы Устин. — Сначала оповестим оплоты, что наш выстоял, и расскажем о враз погасших светильниках. А затем…
Повернулся ко мне и сухо уточнил:
— Готовы начать всё сначала, София?
Я прикусила губу, сдерживая рвущиеся слёзы, и просто кивнула. Анита воодушевлённо захлопала в ладоши.
Да, я всё переделаю. Учту допущенные ошибки и на каждом этапе буду советоваться с Устином. Мои знания, его магия и фантазия нашей дочери сделают невозможное реальным.
Вместе мы восстановим наш дом.
Нежданная похвала
В зале поющего металла было тихо. Казалось, никто не хотел тревожить волшебный пол. Анита прижалась ко мне так сильно, будто боялась потерять. Устин стоял посередине комнаты и, поджав губы, что-то обдумывал. Кот, обмахиваясь хвостом, развалился на единственном предмете мебели — столике округлой формы.
Над головой кружил Януарий и обиженно завывал. Офигейро остался снаружи, наотрез отказавшись летать, и привидение не могло простить недоверие другу.
— Удерж-жал бы, — в очередной раз вздыхал Януарий и тоскливо поглядывал на меня. — Вериш-шь?
Я кивала, гладила малышку по волосам и смотрела на Устина. Казалось, тот медлил в опаске получить плохие новости. Нападение магнуса было столь неожиданным и невероятно сильным, что даже обрушило часть замка на голову его хозяина. А появившиеся магнеры были очень опасны, ведь магия в наших «бомбах» вдруг погасла.
— Вы ничего не измените, если будете тянуть, — не выдержала я и, желая поддержать мужчину, улыбнулась. — Всё может быть не так страшно, как вы думаете. Не изводите себя заранее.
Устин кольнул меня холодным взглядом, но я уже не так сильно реагировала на его отстранённость. Желая подтолкнуть к действию, приподняла брови:
— Или вы так пострадали от камней, что не в силах выпустить свой белый луч?
Устин вскинул подбородок и, сузив глаза, разжал пальцы. В пол ударила светлая магия, а я едва сдержала смех. Даже большие дяди в душе остаются мальчишками. Стоит нежно нажать на самолюбие, как почти каждый взрывается. Но злоупотреблять этим не стоит, никто не любит, когда над ним подтрунивают. И я в том числе.