Близнецы отрывисто кивнули и припустили вверх по лестницу. В этот же момент в дверь торжественно постучали.
На краю сознания лениво заворочалось пламя. Оно будто хотело сказать: «Я устало, но, если настаиваешь, могу сжечь его».
— Не сегодня,- криво усмехнулась я, отталкивая от себя видение обгоревшего бургомистра. Приятное видение, надо признать.
Рывком открыв дверь, я дружелюбно улыбнулась:
— Доброго денечка, какая-такая хворь вас замучила?
— У меня личный целитель, выписан из Риантрийского Медико-Магического института,- горделиво произнес бургомистр,- мне ни к чему услуги шарлатанки.
Пламя на границе сознания загудело сильнее.
Давай покажем ему. Давай покажем. Он будет гореть…
Стиснув зубы, я принужденно улыбнулась:
— Вы знаете, отчего у меня нет документов о полном магическом образовании.
— Вот об этом я и пришел говорить,- он дернул кустистой бровью,- и не на крыльце. Вы хотите говорить здесь?
А я добивалась одного — чтобы любопытные соседи носы свои показали из домов.
— Доброго денечка, госпожа Марша,- крикнула я, и соседка, выглядывавшая из окна, тут же спряталась за штору. — Проходите, господин бургомистр, проходите.
Теперь-то уж разговоров по улице будет не счесть.
Он недовольно поморщился, но послушно проследовал за мной. Подхватив вазу с верхней полки, я выставила ее на стол.
— Вы предлагаете говорить… На кухне? — в голосе бургомистра было столько недоумения и презрения, словно я перед ним не колотый шоколад поставила, а конское яблоко.
— Вопрос в том, к кому вы пришли,- я спокойно села за стол и прихватила кусочек горького, перченого шоколада. – К той, кем я была, или к той, кто я есть. Это разные люди, знаете ли. С разной судьбой.
«Надо детям предложить. Им, вероятно, не по нраву будет, но и в одно лицо шоколад трескать некрасиво», я закинула в рот маленький кусочек и махнула ладонью.
Чайник, повинуясь моей воле, закипел. Из настенного шкафчика вылетела белоснежная скатерть, чашечки, ложечки и сахарница. Все это кружилось по комнате, запугивая бургомистра, чьих невеликих колдовских способностей не хватало даже на полноценный щит.
— Чаек-то пейте,- я заставила чашку ползти к нему через весь стол,- а то остынет. Хотя…
Пламя заплясало на кончиках пальцев:
— Вскипячу, ежли что.
От этого моего «ежли что» его аж перекосило. Подумать только, белая кость и синяя кровь. Судя по внешности – вряд ли. И дело не в полноте, а в масти. Магия выкручивает все на максимум. Если предок был русо-рыжий, то на одаренных потомков будет больно смотреть. Основу роду положил светленький мажонок? Что ж, нате вам, потомки, белоснежные косы. И так во всем. Этот же сероват, явно видно, что он или первое поколение магов или второе.