Сур громко сглотнул и обернулся.
— Ты… — дрогнувшим голосом произнёс Терран, смотря на него.
— Вам не нужно было сюда приходить, — Сур поднял взгляд. Он показался Корну пустым. В нём не было ни отчаяния, ни сожаления, ни грусти, ни злости, в нём не было ничего.
— Мы… долж-ны отнес-ти её лекарям. Может, ещё есть шанс её спасти… — заикаясь, проговорил Корн.
— Нет, — Сур поднял руки, в каждой из которой находилось по четыре зелья. — Лекари только сделают хуже. Это всего лишь побочный эффект.
— Неужели ты хочешь оставить её в таком состоянии⁈ — воскликнул Корн.
— Конечно, нет. Ей требуется выпить ещё одно зелье, — Сур откупорил одну из склянок, — и я закончу рецепт, — с этими словами он схватил Тэрию за подбородок, разворачивая её к себе лицом, и поднёс бутылёк к её полуоткрытому рту.
— Я не позволю! — закричал Терран, в его руках полыхнул огонь.
Голова Корна закружилась. Он просто не мог поверить в то, что только что увидел собственными глазами. Она сошла с ума, очевидно, Тэрии было очень плохо, но Сур не собирался останавливаться… он хотел заставить её выпить следующее зелье!
Корн упал на колени: его мутило.
Пока он выворачивал всего себя наизнанку, наверху послышался грохот. Подняв голову, он понял, что Терран атаковал Сура. Алхимик прикрылся большим водным щитом. Корн присмотрелся и понял, что это щит из зелий, которые они делали.
Капитан двигался поспешно, неаккуратно. Сур же был изворотлив, как всегда, и, казалось, был даже быстрее и собраннее, чем обычно. Он легко уворачивался от ударов Террана. В очередной раз защитившись новым щитом, он швырнул в капитана сразу три склянки.
Вспышка ослепила. Послышался грохот, звон стекла, посыпалась пыль и осколки стены. Запахло гарью и химикатами. Корн закашлялся, на автомате прикрываясь щитом. В него врезалась склянка. Рвануло. Щит рассыпался, и Корна отшвырнуло ударной волной в коридор.
В ушах звенело. Корн видел лишь ноги подходящего к нему алхимика. Сур присел перед ним, и Корн различил светлые кудри, а затем и остранённое лицо. Его губы шевелились, но слух ещё не вернулся, и Корн не знал, что тот говорит. Раздался ещё один звон, ударив болью по вискам, и Корн услышал конец фразы:
— … жаль, что ты не умеешь врать. Мне придётся… — мелькнула рука алхимика с зажатой в ней склянкой с мутно-зелёной жидкостью.
Корн вспомнил, что примерно так изображалось в книгах редкое зелье, начисто стиравшее человеку память. Сур хотел напоить его им⁈
Изо всех сил Корн потянулся к магии, стараясь сорвать печать. Но её обновили совсем недавно, она держалась крепко.