— Я не буду просить вас остаться как истинную пару, — сказал он. — Не буду удерживать браком, знаком, домом или благодарностью. Не имею права.
Огонь треснул в камине. Ноэль шевельнулся во сне, и Арина машинально провела ладонью по его волосам.
Кайрен смотрел на это движение.
— Я прошу вас остаться как женщину, которую люблю.
Арина не сразу поняла, что мир не остановился.
Огонь горел. Замок дышал за стенами. В коридоре тихо прошёл стражник. Ноэль спал, доверчиво прижавшись к её коленям.
А она смотрела на Кайрена и видела перед собой не драконьего лорда, не мужа по договору, не истинную пару, названную камнем.
Мужчину, который наконец не требовал.
Просил.
— Я не умею красиво отвечать на такие признания, — прошептала она.
Уголок его рта дрогнул.
— Я уже понял, что с красотой ответов у нас обоих сложно.
— И я всё ещё злюсь на вас.
— Знаю.
— И боюсь.
— Знаю.
— И не обещаю, что завтра не захочу вас стукнуть чем-нибудь тяжёлым за очередное лордское решение.
— Постараюсь выбирать решения полегче.
Она тихо рассмеялась сквозь слёзы.
Кайрен поднял её руку и остановился, не касаясь губами. Ждал.
Арина сама вложила пальцы в его ладонь.
— Я останусь, — сказала она. — Не потому, что камень сказал. Не потому, что вы попросили красиво. А потому что мой дом теперь там, где этот ребёнок спит спокойно. И где один упрямый дракон наконец учится быть человеком.
Кайрен склонился и коснулся губами её пальцев.
Очень легко.
Почти вопросом.
За окном северного крыла старые камни впервые за много лет отозвались мягким золотым светом, а в глубине замка, под разрушенной башней, что-то древнее и огромное проснулось от имени Ноэля — и стало слушать.
Через несколько месяцев замок Морвентов научился звучать иначе.
Не сразу.
Сначала в северном крыле просто перестали торопливо замолкать, когда по коридору шёл Ноэль. Потом слуги перестали смотреть мимо него, будто мимо тени. Затем у дверей детской появились не только стражники, но и мальчишки из кухонного двора, которых Ноэль однажды застал под лестницей с деревянными мечами и, после долгого молчания, спросил, знают ли они, как правильно держать щит.
Щита никто не знал.
Зато через неделю в северном дворе уже стояли пятеро детей, один слишком маленький, двое босые, одна девочка с таким гордым подбородком, что Арина сразу поняла: будущая беда для всех наставников. Ноэль объяснял им правила боя так серьёзно, будто сам был древним военачальником, а не мальчиком, которому всё ещё иногда снились закрытые двери.
Арина наблюдала из окна и старалась не вмешиваться.