Медик плотно скрепил пальцы.
— Когда-то мой отец крепко дружил с Цветковым. Папа был доктором наук, и теперь я понимаю, Павел просто держал возле себя полезного человека. Отец ушел совсем недавно, и мы с данной семьей все время поддерживали связь. В один из дней они обратились за помощью в материнстве.
— Показания для суррогатного родительства были реальные? — уточнил Принц.
Врач покачал головой.
— Нет, при желании Еся могла бы зачать и выносить ребенка сама. Но она не хотела ставить под угрозу свою карьеру. В то же время, отец давил на нее, требовал продолжения отношений с Ледянским. Их финансовые дела шли не очень хорошо, а сама Еся мечтала получить контракт и стать самостоятельной. Ей тридцать, но в модельном бизнесе она никто. Пиар бы позволил ей подняться. Это стало для нее навязчивой идеей, нервы молодой женщины уже тогда были ни к черту. После рождения малышки она вообще сдала — боялась к ней подходить, то чтобы не привязаться, то чтобы Ник вдруг не заметил непохожести. Хотя Оля младенец! Какие там можно сделать выводы? Еся просто бредила. Впрочем, это вопросы не моей сферы… Но я давно предполагал, добром такое поведение не кончится.
Принц кивнул.
— Как вы могли решиться взять донорскую клетку у суррогатной матери?
Мужчина опустил голову.
— Для получения материала от Есении нужна была определенная гормональная терапия — женская функция модели находилась не в лучшем состоянии. Но Еся чувствовала себя плохо, начала поправляться и потребовала, чтобы мы взяли клетку Евы.
Я не верил своим ушам и не мог проронить и слова. Вадим же чувствовал себя уверенно.
— Что значит потребовала? Под дулом пистолета? Вы нарушили закон!
Медик горько вздохнул.
— Думаете, я не понимаю? Когда-то Цветков дал моему отцу крупную сумму на операцию за рубежом, которая продлила жизнь папы на десять лет. Я отдавал понемногу, у меня трое детей. А я один у родителей. Когда ситуация с Есенией начала обостряться, Павел пригрозил отправиться в суд. И потом, Есения… Я проникся к ней.
Мой юрист хмыкнул.
— Вы были любовниками?
Я ощутил давление в висках.
— Нет, между нами ничего не было. Честно. Она не хотела.
Принц кивнул.
— Но крутила вами. Ясно, финансовый интерес и сексуальная симпатия. Мощный коктейль. Плюс забитая, почти деревенская, мать-одиночка. Стороннему донору пришлось бы прилично заплатить, а Цветковы на мели. Да и этот человек потом мог их и вас шантажировать. А так вышло идеальное преступление.
Мои кулаки сжимались, в ушах шумело.
— Вы за все ответите, — сипло пообещал я.
Заместить главного врача вдруг посмотрел жестко.