Проснувшись рано утром, Инга почувствовала впервые за долгое время радостное, полное предвкушения новогодних чудес настроение и какое-то девичье волнение, как перед первым свиданием.
«Вот дурында», — усмехнулась она сама про себя. — «Не хватало еще втюхаться». Она тщательно приводила себя в порядок, нанося неяркий, «естественный» макияж, делающий лицо свежим и по-девичьи чистым. Русые волосы собрала в гладкий строгий пучок чуть ниже затылка, подчеркнув таким образом длинную красивую шею.
«Никаких переборов», — инструктировал ее перед «внедрением» Мирон. — «Ты скромная горничная в порядочном доме, а не шлюха в элитном борделе. Никакого яркого макияжа, растрепанных волос и вызывающих нарядов. Ты — сама невинность и добродетель.».
«Вот козел, — бесилась тогда мысленно Инга. — Уж кто бы говорил про скромность и добродетель!». Она прекрасно помнила «вечеринки», в которых иногда принимал участие Мирон, а также его какое-то циничное и бездушное отношение к «девочкам».
Но его советы восприняла всерьез, и следовать начала им буквально. Новый образ чистой и невинной девушки, в отличие от предыдущего «роковая красавица» неожиданно пришелся ей по вкусу. В нем она привлекала меньше мужского внимания, но те, кто дал себе труд внимательно оглядеть ее, пораженно отмечали и тонкую неброскую породистость лица, и изысканную форму рук, и роскошь подтянутой стройной фигуры.
Изменения коснулись не только облика красотки. Новенькую «киа» она поставила на стоянку, а на работу теперь ездила на старенькой, видавшей виды серой «тойоте», предусмотрительно приобретенной для нее Мироном.
Уже подъезжая к дому Ивашовых, Инга почувствовала, как учащенно и гулко начало биться сердце, а настроение упало: она так и не придумала предлог, чтобы попроситься на проживание… Кроме того, Валечка вряд ли будет в восторге от такой перспективы — уж очень невзлюбила она Ингу.
Взбегая по крыльцу, заботливо очищенному садовником, Инга на ходу придумала, что якобы ее арендодатель велел срочно съезжать, а денег на аренду у нее нет: она все потратила на новогодние подарки стареньким родителям. То, что квартира была в ее собственности, вряд ли кому было известно, потому причина внешне выглядела вполне убедительно и благородно.
Тихонько скользнув в темный холл, Инга бесшумно направилась в заднюю часть дома для прислуги, но на входе в освещенный неярким светом коридор, скрестив пухлые руки на груди, стояла Валечка. Она внимательно посмотрела в раскрасневшееся от уличного мороза лицо Инги и прошипела: