— А это откуда? — удивился Женька, нащупывая на хаки необъяснимую третью дырку.
— Эх, а еще краткий «Жека». Осиротишь Ирину Кирилловну.
— Не-не, ты чего несешь⁈ — замахал пострадавшей дланью суеверный переводчик.
— Сюда смотри, лейтенант, — чуть иным тоном приказала Катерина.
…А глаза у нее стали еще зеленее. Пропасть какая-то колдовская-магическая…
— Шо-то ты совсем того, Григорьевна… Понял я. Не пугай.
— Если уж на то пошло, то «Георгиевна». Вечно путают. А еще лингвист фигов с образованием. И не пугаю. Времена к нам идут нелегкие.
— Это мы догадываемся. Слушай, а раз уж такой, гм, парадокс… Если я, к примеру, спрошу, что там за углом стрясется? За временным? Это допустимо?
— Допустимо. Но бессмысленно. Поскольку всё от вас зависит. Ну, и от нас, немножко. На фига тебе сценарий, который ты стопроцентно перепишешь?
— Да я так спросил. Из любопытства. Узнать, насколько далеко «жисть» отрывает благородных леди от рядовых лингва-лейтенантов.
Катрин улыбнулась, так же как улыбалась и в свои бесшабашные двадцать.
— Не дождетесь. Свидимся, спишемся, а то и созвонимся. Кстати, товарищ Жека, если совсем прижмет, то гавань для временного отстоя мы обеспечим.
— Данке, но у нас вроде как служба. Полагаю, нужная Родине.
— Не сомневаюсь, вы не как некоторые, вы дезертирства не допустите. Но обстановка бывает разной, иной раз лучше детей подальше в тыл отправить.
— Ух ты! Это ведь точно. Спасибо. Хотя нам рановато думать…
— Думать никогда не рано. У нас отличный климат, уйма разнокалиберных спиногрызов, неординарный педагогический коллектив. Да и вообще неплохо. Встретим как родных.
Женька кивнул.
…Обнялись. Катрин заверила, что отчеты передаст «как только, так сразу». Передала приветы команде: «толмача весьма перспективного подобрали, и капитан Марчук достойным командиром станет, когда в войну до ушей войдет». Торчку посылался отдельный пламенный привет, Мариха очухается — напомнить, «о чем говорили». Сдала товарищ Мезина спецоружие, поразмыслив, отдала и штык-нож:
— Отнеси на стену, что ли. Скучаю я по Отделу. Эх, и с чего я такая противоречивая и непоследовательная?
— Да, жуть как без тебя скучно, — согласился Женька. — Броник оставляешь?
— Мне тоже сувенирчик полагается. Витюша в курсе.
Наполнялась площадь войсками, еще постреливали в кварталах, но было ясно, что город взят окончательно. Разворачивались перед памятником грузовики, отцепляли полевую кухню…
Поднялась опергруппа, чтобы разойтись, но тут наскочил говорливый капитан с «лейкой» на груди и круглыми «толмачевскими» окулярами на носу. Потребовал сняться для газеты. Катерина, улыбаясь, намекнула, что не пропустят в газету фото смершевцев. Капитан заверил, что если не для газеты, так для истории. Конечно, фотогеничная старший сержант ушлого фотокора зацепила, что вполне понятно и простительно. Пожала плечами ободранная леди, улыбнулась еще ослепительнее.